Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru
Нет фото
Нет фото
Нет фото

Биография Леонид Игнатьевич Беда

Карьера: Герой

Дата рождения: –

Место рождения: Россия. Российская Федерация

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 октября 1944 года Леониду Игнатьевичу Беде присвоено звание Героя Советского Союза. 29 июня 1945 года за новые боевые подвиги на фронте он удостоен второй медали «Золотая Звезда». Награжден также многими орденами и медалями.

Леонид Игнатьевич Бпища родился в семье крестьянина-бедняка. По национальности украинец. Член КПСС с декабря 1942 года.

Учился в Уральском учительском институте. Одновременно занимался в аэроклубе. В 1940 году поступил в Оренбургскую военную авиационную школу пилотов.

В начале августа 1942 года Л. И. Бпища был направлен на фронт. Начав войну сержантом, закончил ее в звании гвардии майора. Совершил свыше 200 боевых вылетов.

После войны окончил Краснознаменную Военно-воздушную академию, потом Академию Генерального штаба.

Ныне заслуженный боевой пилот СССР, генерал-лейтенант авиации Л. И. Бпища продолжает службу в рядах Советской Армии.

Откинув обратно скошенные крылья, истребитель-бомбардировщик тихо появился над аэродромом, промчался на высоте нескольких десятков метров до середины взлетно-посадочной полосы и звенящей боевой вертикалью кинулся в зенит. Лишь потом этого на землю упал тугой, раздирающий шум реактивного двигателя. Нет, прыть полета не была сверхзвуковой — та рекомендуется только для стратосферных высот, — но она превышала прыть самолета-штурмовика военных лет больше чем в три раза.

Истребитель-бомбардировщик пилотировал участник Великой Отечественной войны, заслуженный боевой пилот СССР, дважды Герой Советского Союза генерал-лейтенант авиации Леонид Игнатьевич Бпища. Он, как принято сообщать посреди летчиков, «гнул над аэродромом крючки», иными словами, шлифовал единственный из наиболее сложных видов боевого применения истребителя-бомбардировщика — бомбометание с кабрирования.

При выполнении этого полетного задания авиалайнер проходит над целью на малой высоте и устремляется вверх по жестко рассчитанной на земле траектории — вся сложность полета и содержится в точном выдерживании этой траектории. В определенной точке боевой вертикали пилот нажимает кнопку сброса, и взрывчатка летит в зенит. Описав дугу над удаляющимся самолетом, она неотвратимо попадает в мишень. А авиалайнер к этому моменту уже находится за немного километров от места взрыва.

— Почерк фронтовика, — восхищенно произносит единственный из летчиков, когда авиалайнер, пилотируемый ветераном, сверкнув в небе серебристой стрелой, ринулся к земле, чтобы сразу схорониться от всевидящего ока радиолокаторов…

Более 30 лет прошло с тех пор, как комсомолец Леонид Бпища поднялся в первый раз в небосвод. Но и сейчас он помнит все детали того счастливого дня: ласковое летнее светило, бездонную голубизну небосклона, неповторимые запахи аэродрома. И — чувство полета. Разве такое забудешь?! Потом полетов будут сотни, тысячи — желанных, трудных, рискованных, трагических, но начальный — он вечно начальный. Наверное, в такие моменты и рождается влюбленность к небу, верность раз насовсем выбранной профессии.

Любовь к небу и привела Леонида Беду в военную школу пилотов. Учеба давалась нетрудно, но вряд ли кто предполагал тогда, что летчики-штурмовики быстро понадобятся в таком количестве. Грянула битва. Жили впроголодь, летали «на чем бог пошлет». Сначала писали рапорты с просьбой послать на фронт. Потом перестали. Осенью сорок первого узнали об известной каждому авиатору телеграмме И. В. Сталина на авиационный завод: «Самолеты ИЛ-2 нужны Красной Армии в настоящий момент как воздух, как хлеб. Требую, чтобы выпускали побольше «илов».

Комиссар учебной эскадрильи тут же провел политинформацию.

— Авиационные заводы, — сказал он, — дадут технику. Наша проблема — приготовить для ее боевого применения летчиков. Дерзайте, летайте, творите…

И они летали, с жадностью перечитывали каждую весточку с фронта о боевых действиях штурмовиков. А они, эти весточки, радовали.

Командиры наземных соединений одним духом поняли поистине неоценимую образ ИЛ-2 в борьбе с вражескими танками. Штурмовики уничтожали их на марше, на подходе к фронту, на исходных рубежах. Уже первые удары «илов» по врагу привели к крайне чувствительным потерям в наземной технике. Только одно соединение, действовавшее на самолетах ИЛ-2, за три месяца боев под Москвой уничтожило 608 танков противника.

Во время битвы за Москву в декабре 1941 года три авиационных полка получили звание гвардейских. Среди этих полков — 215-й штурмовой полк под командованием майора Л. Д. Рейно. Другой штурмовой полк (61-й) за успехи в боях у стен столицы был награжден орденом Красного Знамени.

И опять комиссар выступал перед курсантами:

— Этими наградами отмечено мужество и мастерство летчиков, в совершенстве освоивших грозное оружие — авиалайнер ИЛ-2…

Когда в августе 1942 года кандидат в члены партии сержант Леонид Бпища прибыл на Сталинградский фронт, слава об ИЛ-2 уже гремела от Белого моря до Черного. Советские пехотинцы называли бронированный штурмовик «летающим танком», а гитлеровцы — «черной смертью».

505-и штурмовой авиационный полк, где предстояло служить Леониду Беде, вел напряженные бои — фашистские войска без малого впритык подошли к городу на Волге. Для «входа в строй» времени не было. Буквально посредством немного дней потом облета района сержанта Беду включили в боевой расчет эскадрильи.

Первый боевой вылет. Сколько переживаний намедни! А в памяти осталось только неимоверное натуга — потому что так значимо было верно удерживать строй. Стрелял и бомбил младой пилот по команде ведущего. И что греха таить, в наземной обстановке он так и не сумел осмыслить. Не лучше обстояло занятие и с осмотрительностью.

После посадки к Леониду Беде подошел начальник эскадрильи.

— Отлично действовали, приятель сержант, — сказал он. — От имени командования объявляю вам признательность.

— Служу Советскому Союзу! — без малого выкрикнул от радости пилот.

И надобно было зреть, с каким рвением он еще раз шел в махач.

Боевые вылеты следовали единственный за другим. Леонид Бпища научился «вертеть головой на 360 градусов», мог с высоты птичьего полета отличить танк от автомашины, брать на мушку наиболее важную мишень и приобрел ещё массу навыков, умения, которые объединялись одним понятием — боевой навык.

В одном из вылетов группа, в которую входил Леонид Бпища, получила поручение разыскать прорвавшиеся к Волге танки и истребить их. На тот самый раз младой пилот шел в ведущем звене. Когда мишень была обнаружена, он в то же время с ведущим сбросил бомбы и стал вылезать из атаки. В тот самый миг рядом с его самолетом и пронеслись трассы пушечных очередей.

Первая мысль: другое звено ведет пламень по противнику. Но зачем так рядом к его самолету? Словно в реакция, снаряды хлестнули по плоскостям и фюзеляжу штурмовика. «Мессершмитты», — понял сержант и попытался уклониться в сторону. Увы, штурмовик без малого не слушался управления, а снаряды продолжали раздирать металл обшивки. Что-то грубо ударило в руку, обожгло физиономия.

— Снижайся, — услышал Леонид команда ведущего. — Прикроем. Уходи бреющим.

Чем бы кончился тот самый полет, если бы не подмога ведущего, вымолвить тяжко. Изнемогая от боли, Леонид Бпища снизился на малую высоту и ушел к линии фронта. То ли «мессеры» потеряли его из виду, то ли их отсекли истребители прикрытия, только его никто уже не преследовал. На израненном самолете Леониду Беде удалось дотянуть до аэродрома, но, так как организация выпуска шасси была повреждена, посадил авиалайнер с убранными шасси. Кабину заклинило снарядом, и Леониду пришлось вылезти в форточку.

К счастью, ранение оказалось легким. Летчика перевязали и отправили в медсанбат — от госпиталя он отказался.

Совсем по-другому обстояло занятие с самолетом. Группа техников и механиков, прибывшая для ремонта штурмовика, насчитала на крыльях, фюзеляже и хвостовом оперении самолета 350 пробоин. Пожалуй, как раз позже этого полета в полку шутили: «Из боя «ил» доставит на честном слове и на одном крыле».

А поэты сочинили о «летающем танке» стихи:

От всех снарядов заколдована

Его уральская броня.

Все дни, проведенные в медсанбате, Леонид Бпища хоть отбавляй думал о своем тринадцатом боевом вылете, тот, что еле-еле не стоил ему жизни. Летчик далек был от суеверия. Он искал причину своей неудачи, анализировал каждую секунду полета. И он нашел ее, свою ошибку.

Когда мишень была обнаружена, Леонид Бпища вдогонку за ведущим сбросил бомбы на танки врага, но при выходе из пикирования увеличил интервал, немного отклонился от группы и не смог своевременно занять близкое местоположение в общем боевом порядке. Этим-то и воспользовались в первую голову зенитчики, а позже и вражеские истребители.

«Так вот где таилась погибель моя», — сержант облегченно вздохнул. Он понял, что слова «строй — святое место», относятся ли они к боевым порядкам пехоты, танков, артиллерии или авиации, в бою непреложный закон.

Ранение и сравнительно благополучный исход сложнейшего полета выдвинули сержанта Леонида Беду в цифра бывалых летчиков-штурмовиков. После выздоровления ему стали поручать и больше сложные задания: водить в мордобой пары самолетов, летать на разведку. Особенно льстило второе: это была служба, которую доверяли только надежным летчикам.

Однажды сержанта Беду вызвали к командиру полка.

— Есть сведения, что вот в этом месте, — указывая на карту, сказал Леонид Карпович Чумаченко, — сосредоточивается вражеская конница. Командованию значимо располагать информацией, так ли это. Видимо, гитлеровцы что-то замышляют. Надо узнать точное местонахождение конницы и по возможности ее численность. Ссовершать это поручается вам, коммунист Леонид Бпища.

Глаза летчика блеснули. Вспомнил, как в единственный из зимних дней, вскоре потом возвращения из санчасти, его приняли в партию. Радовало и то, что отныне он член самой авангардный и боевой партии и что заключение «принять» было единодушным.

— Знаю, — продолжал начальник, — погода немного подходящая для такого задания: низкая облачность, снежные заряды. Но у вас есть навык полетов по приборам. Желаю удачи…

Леонид Бпища тут же начал к выполнению задания. Шел в облаках по приборам. А когда по расчету времени, ветру и путевой скорости определил заданный район, начал понижение. Ох как нелегко давалось это понижение! 100 метров до земли — всюду белесая муть. 70 — то же, 50… 40…

Хочется махнуть ручку на себя, покинуть от смертельно опасной земли, покрытой задымленным пороховой гарью снегом. А поручение? Тебя же только что приняли в партию! И пилот продолжает понижение.

Облачность оборвалась как обухом по голове. Мелькнули кусты, овражек, берег озера. До боли в глазах всматривался Леонид Бпища в расстилавшуюся под ним местность, чтобы быстрее воссоздать ориентировку. Не забывал он и об ключевой цели полета — поиске конницы.

Вот под крылом промелькнула деревенька, вернее, то, что осталось от нее: вместо домов торчали только трубы печей. Кругом пустынно, как будто вымерло все. Но что это? Характерный изгиб старицы… Направление улицы на северо-восток… Так и есть! Детальная ориентировка восстановлена.

Летать пришлось длительно. Обшарил все овраги — пусто. Неужели разведка фронта что-то перепутала? Не может быть. А что вон в том лесочке? Чу! Да там, кажется, дым курится? Стриганем с огоньком!

Когда Леонид Бпища дал вдоль лесной опушки длинную пушечную очередность, все сомнения рассеялись. Местность сей же час ожила. Заметались обезумевшие от страха лошади, началась беспорядочная пальба зенитных пулеметов. Группировка противника выдала себя с головой.

Сведения о расположении вражеской конницы Бпища сразу передал по радио в штаб полка. Через немного десятков минут наша дальнобойная артиллерия ударила по лесу, а после этого появились штурмовики, прочесавшие огнем пулеметов и пушек весь чаща. План наступления врага в этом районе был сорван.

Декабрь сорок второго был счастливым для сержанта Леонида Беды ещё и вследствие того что, что близкий 505-й штурмовой авиаполк впредь стал именоваться 75-м гвардейским Сталинградским штурмовым авиационным полком, а грудь летчика-сержанта украсил орден Красной Звезды. В наградном листе подмечалось, что он уничтожил пять танков врага и рядом 100 джентльмен активный силы врага, вел воздушную разведку.

Много успешных боевых вылетов совершил в годы Великой Отечественной войны коммунист Леонид Бпища. К августу 1943 года на боевом счету сейчас уже лейтенанта и командира звена значилось больше 70 вылетов, в том числе многие из них — ведущим группы. «В мордобой — ведущим» — так называлась фронтовая листовка, посвященная командиру звена штурмовиков Леониду Беде, награжденному орденом Красного Знамени.

В единственный из осенних дней Беде предстояло претворить в жизнь достаточно сложное задание: причинить штурмовой потрясение во главе 12 самолетов по танковой группировке врага, выдвигавшейся для контратаки наших наземных войск.

— Опыт выполнения подобных заданий у вас есть, — подчеркнул начальник полка, — но вся загвоздка в том, что мишень расположена без малого на предельном радиусе действия и штурмовиков и истребителей прикрытия. Ваше заключение?

— Посоветуемся с ведущими групп истребителей прикрытия, — ответил Леонид Бпища. — Тщательно просчитаем весь путь, договоримся о взаимодействии с истребителями на всех этапах полета.

— Предусмотрите возможные варианты воздушных боев, — посоветовал начальник полка и вовсе не по-уставному добавил: — До встречи.

Разговор со старшими лейтенантами А. Бритиковым и В. Константиновым, попозже Героями Советского Союза, был немногословным. К тому времени между ведущими групп штурмовиков и истребителей сложились отношения боевой дружбы и товарищества. Истребители надежно прикрывали штурмовиков, те в свою очередность помогали истребителям. Каждый понимал сложность задания, личную ответственность за исход полета.

И вот 12 штурмовиков, прикрываемые восьмеркой истребителей, поднялись в воздух в верно назначенное время. Был ясный, погожий день, а значительная количество маршрута пролегала над территорией, занятой врагом. Над линией фронта группа попала под ожесточенный обстрел из всех видов оружия. К счастью, обошлось без потерь. Но летчики знали: гитлеровские истребители могут нагрянуть в любую секунду — и предпринимали все, чтобы сдернуть их атаку.

И все-таки «мессершмитты» и «фокке-вульфы» появились вдруг, со стороны солнца. Истребители сопровождения тотчас же штурмовали их. Но численное превосходство оказалось на стороне врага, и одна пара «мессеров» прорвалась было к штурмовикам.

— Сомкнись! — передал по радио команду ведущий. — Стрелки, пламень!

12 крупнокалиберных пулеметов дружно ударили по врагу. Гитлеровцы, опасаясь угодить под град пуль, отошли в сторону, выжидая. Леонид Бпища понял проект врага и ещё раз напомнил ведомым о сохранении места в боевом порядке.

«Видно, аккурат так меня и подловили в том тринадцатом вылете», — мелькнула дума.

Между тем ситуация в воздухе накалялась. Меткой очередью Алексей Бритиков поджег первостепеннный «фокке-вульф». Однако это не охладило пыла фашистов. Они продолжали штурмовать штурмовиков, но все их попытки оказались тщетными. Пока группа подходила к цели, истребители прикрытия сшибли ещё три вражеские машины.

И тут послышался звук Бритикова:

— Топлива может не хватить.

Леонид Бпища знал: истребители не покинут штурмовиков. И чтобы подбодрить летчиков, передал по радио:

— Держитесь, соколы! Цель под нами.

Впереди на дороге темно-серыми клубами вихрилась пылюка. Это мчались в сторону фронта автомашины с гитлеровцами, танки, тягачи с пушками…

— Атака! — с азартом крикнул ведущий и первым выпустил реактивные снаряды.

Ведомые последовали примеру командира. Затем группа штурмовиков с ходу нанесла меткий бомбовый потрясение, а на втором заходе ударила по колонне из пушек. Внизу заполыхали костры.

Зенитчики врага, несомненно, не ждали советских самолетов в таком глубоком тылу и жар открыли излишне поздненько. Но одну машину им удалось-таки повредить. Однако пилот держался в строю. Его, как и всю группу, надежно прикрывали «яки». Задание было выполнено без потерь, хоть и пришлось приземлиться на ближайшем к фронту аэродроме.

В начале января 1944 года коммуниста Леонида Беду, ставшего первоклассным летчиком-штурмовиком, опытным ведущим и умелым тактиком, назначили командиром эскадрильи. Вот где по-настоящему раскрылся его воинский гений! Только за четыре месяца летчики эскадрильи, возглавляемой Леонидом Бедой, совершили 156 боевых вылетов, уничтожили 21 танк, 34 автомашины, 17 артиллерийских, 12 минометных батарей, 30 повозок, 1 паровоз, 40 вагонов, в воздушных боях сшибли три Ю-87… К тому времени на личном боевом счету Леонида Беды значилось 109 вылетов.

Особую похвалу командира дивизии С. Д. Пруткова заслужил воздушный махач, проведенный группой Леонида Беды с гитлеровскими бомбардировщиками в районе Ново-Троицка.

Вылетели для удара по активный силе и технике врага. Стратегическое господство нашей авиации в воздухе уже было обеспечено. И внезапно команда с земли:

— Изменить вектор движения. Атаковать группу Ю-87!

Другой хоть бы на момент растерялся, но только не Леонид Бпища.

— Понял. Атакую! — ответил он пункту наведения и повел своих орлов на воздушного противника.

И вспомнилось командиру эскадрильи небеса Сталинграда, где ИЛ-2 был и штурмовиком, и бомбардировщиком, и истребителем, и разведчиком.

— Сталинградцы, вперед! — гремит эфир.

Снаряды, пущенные Леонидом Бедой, поражают авиалайнер ведущего группы «юнкерсов». Минута — и ещё два бомбардировщика задымили к земле. Остальные бросились врассыпную.

— Спасибо, орлы! — передала почва. — Выполняйте основное поручение.

Спустя немного минут над полем боя образовался именитый сталинградский круг.

А позже настал тот, сто десятый боевой вылет. Леонид Бпища смело атаковал всей эскадрильей аэропорт врага. На тот самый раз начальник избрал другую тактику: каждая пара штурмовиков прицеливалась независимо. И сделано было это не невзначай. Истребители прикрытия надежно защищали штурмовиков сверху. Но к сожалению, зенитные батареи выявить немедленно не удалось. На последнем заходе в авиалайнер Леонида Беды угодил снаряд.

В кабину летчика хлынула горячая влага из радиатора, грубо поднялась температура воды, давление масла упало. Через 2 — 3 минуты двигатель заклинило. Самолет грубо пошел вниз.

— Что случилось, зачем садимся? — крикнул стрелок.

— Спокойно, — ответил пилот. — Помни: «Из боя «ил» доставит на честном слове и на одном крыле».

Увы, на этот раз дотянуть до своих не удалось. В завершающий миг Леонид Бпища успел только передать ведомым, что идет на вынужденную посадку. «Ну вот и отвоевался», — мелькнуло в голове, но руки и ноги делали все, чтобы приземление было максимально безопасным.

Летчик и стрелок моментально выскочили на плоскость, огляделись. Самолет казался беспомощным и жалким, лежал на фюзеляже, но не горел.

А кругом расстилалась ровная степь. Ни кустика, ни оврага, где разрешается было бы укрыться. Бежать? Но куда? Разве в степи уйдешь незамеченным?

— Что будем действовать, друг начальник? — с тревогой спросил воздушный стрелок.

— Как что? Драться! До последнего патрона.

Пока воздушный стрелок снимал с самолета пулемет, Леонид Бпища, до этого перезарядив револьвер, осмотрел поле, на которое посадил авиалайнер. Вдали показались автомашины с гитлеровцами.

— Не палить, — приказал начальник. — Пусть подойдут ближе.

И тут они услышали знакомый шум самолетов. На поддержка к ним спешили остальные штурмовики. Вот единственный из них грубо снизился и дал пулеметную очередность по врагу. Второй развернулся супротив ветра и начал планировать с явной целью приземлиться.

— За нами, друг начальник! — весело закричал стрелок.

Остальное произошло моментально. Младший лейтенант Анатолий Берестнев приземлился рядом с машиной командира, и на виду у ошеломленных таковой дерзостью фашистов Леонид Бпища со стрелком перебрались в авиалайнер Берестнева, и тот рванул в воздух. На следующий день Леонид Бпища еще раз повел группу штурмовиков в мордобой.

Это произошло в Крыму, а в июне 1944 года 75-й гвардейский Сталинградский полк был перебазирован в Белоруссию. Началась знаменитая операция «Багратион». Резкие только задания не приходилось реализовывать летчикам эскадрильи, которой командовал Леонид Бпища! Штурмовка артиллерийских позиций, аэродромов, танковых и автоколонн, железнодорожных станций и эшелонов, скоплений активный силы и техники…

На третий день позже начала операции Леониду Беде было поручено произвести вылет для удара по железнодорожной станции, прикрываемой мощным зенитным огнем. Как тут поступить? «Круг» не подходит. Решили штурмовать фронтом. Сначала пуск снарядов, после этого сброс бомб. При повторном заходе, но с другого направления — штурмовая вылазка из пушек и пулеметов. Тактический проект командира эскадрильи удался. Фотоконтроль отметил восемь очагов пожаров и 20 разбитых вагонов. За успешное выполнение боевого задания старшой лейтенант Леонид Бпища был награжден орденом Александра Невского.

Грандиозное атакование советских войск продолжалось. Авиация активно помогала наземным войскам уничтожать узлы сопротивления противника, скопления активный силы и техники. Удары наносились по коммуникациям фашистов, речным переправам.

Но как-то раз Леонид Бпища получил ещё одно необычное поручение. Нужно было экстренно разыскать и ликвидировать в тылу врага путеразрушительную железнодорожную машину.

Фашисты, отступая, прибегали к помощи путеразрушителей на многих фронтах. Опыт поиска был накоплен, а вот как их лучше огорошить, единого мнения не было. Одни предлагали бомбой, вторые — реактивными снарядами, третьи — из пушек. Леонид Бпища выбрал пуск снарядов с бреющего полета. И не ошибся. Сначала бомбами были взорваны пути перед путеразрушителем, а затем уничтожена сама адская агрегатина.

Мужество и мастерство летчика-коммуниста той осенью трижды подмечалось боевыми наградами. Вслед за орденом Александра Невского он был удостоен ордена Красного Знамени за то, что под Рассеняй организовал девять заходов на мишень двенадцати штурмовиков. «Авиация обеспечила прорыв», — говорилось в приветственной телеграмме. А вскоре старшой лейтенант Л. И. Бпища стал кавалером «Золотой Звезды».

Ранней весной 1945 года началось одно из крупнейших сражений заключительного этапа Великой Отечественной войны — у стен города-крепости Кенигсберга. Летали с утра до ночи. Здесь, в небе Восточной Пруссии, капитан Бпища и совершил свой юбилейный, двухсотый вылет.

Настал долгожданный День Победы. Работники штаба подвели итоги. Оказалось, что из 212 успешных вылетов 147 в настоящее время уже помощник командира полка по воздушно-стрелковой подготовке гвардии майор Леонид Бпища выполнил ведущим. Второй медалью «Золотая Звезда» он был награжден в конце июня 1945 года.

И ещё об одном ордене Красного Знамени летчика-коммуниста хотелось бы изречь. Он вручен генерал-майору авиации Леониду Игнатьевичу Беде в дни празднования 50-летия Советских Вооруженных Сил за успехи в боевой и политической подготовке, поддержание высокой боевой готовности войск и освоение новой сложной боевой техники.

Эпизод, с которого начинается очерк, происходил в начале 70-х годов. Ветеран войны по-прежнему в строю крылатых и свои знания, полученные в двух военных академиях, боевой навык с радостью передает молодым авиационным командирам.

от maksim5o

Добавить комментарий