Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru
Чечилия Бартоли биография
Чечилия Бартоли биография
Чечилия Бартоли биография

Биография Чечилия Бартоли

Карьера: Музыкант

Дата рождения: 4 июня 1966, знак зодиака близнецы

Место рождения: –

Россию посетила одна из самых известных и любимых оперных певиц – Чечилия Бартоли, чьи диски с редко исполняемыми, а порой и никому неизвестными ариями (как на ее последнем альбоме с ариями Антонио Сальери) раскупаются попсовыми тиражами. В Москве и Петербурге обладательница уникального колоратурного меццо выступит второй раз, но не с барочной программой, а с канцонами Россини, Бизе, Делиба и Полины Виардо.

известия: Вы ожидали, что завершающий альбом с ариями Сальери будет обладать таковый фарт?

Чечилия Бартоли: В принципе, нет. Но я жутко рада, что мое увлечение его потрясающей музыкой передалось публике, которая стала закупать диски и являться на концерты.

известия: Кто это придумал – испытать Сальери, как вы познакомились с его творчеством?

Бартоли: Идея пришла посредством другого известного композитора. Сальери был учеником и другом Глюка. Когда я изучала глюковские архивы для своей предыдущей программы, я наткнулась на море писем к Сальери, а ещё на упоминания его имени в других письмах Глюка. И Гпроем так тепло о нем отзывался, практически называя его своим преемником, что мне стало любопытно. Но меня ждал несимпатичный сюрприз: Сальери – такое известное имя, но я нигде не могла разыскать его музыку. Тогда я поняла, что это имя все знают только благодаря фильму Милоша Формана Амадеус (смеется). Этот кино, сделанный в 80-х годах, прославил Сальери, но безупречно незаслуженной нехороший славой – в фильме он выглядит отвратительным, сильно глупым человеком и бездарным композитором. В общем, я фильму не поверила и сказала себе: Нужно вскрыть Сальери заново. И оказалась права – я нашла фантастически талантливые произведения Сальери в Национальной библиотеке в Вене и тогда же выяснила, что он учил Бетховена и Шуберта и более того молодого Листа, которому тогда было всего девять лет.

известия: Кажется, вам жутко нравится торчать с утра до ночи в библиотеках и рыться в старинных нотах? Что вы чувствовали в тот миг, когда нашли никому неизвестного Вивальди?

Бартоли: (Смеется.) Это было какое-то сумасшествие. У меня и тогда, и сегодня есть чувство, что словно бы бы все знают Вивальди, все слушают Вивальди. Но иной раз более того всем известного композитора нужно раскрывать.

известия: Вероятно, до вашего диска никто не подозревал, что Времена года не возбраняется не только сыграть, но и спеть…

Бартоли: Поразительно, что мы продали больше полумиллиона дисков с никому не известной музыкой и она всем понравилась.

известия: Каждый критик вас непременно куда-нибудь направляет – вам стабильно намекают на какие-то роли или авторов. Чаще всего упоминают Кармен и произведения Берлиоза. На вас это не давит?

Бартоли: Не шибко. К тому же с Берлиозом у меня и так все в порядке – я пела Летние ночи с Баренбоймом в Чикаго и в Лондоне с Булезом. Что касается Кармен – конечно, мило раскинуть умом о таковой эффектной роли. Но для меня популярность того или иного произведения ни при каких обстоятельствах не была причиной за него приниматься. Главное, напевать то, что ты по-настоящему чувствуешь, где ты можешь что-то проговорить. Я не супротив спеть “Кармен”, но мне нужна веская причина, по которой я должна это соорудить.

известия: И таковый причины в то время как нет?

Бартоли: Хм-м… Под причиной я подразумеваю, скажем, режиссера, тот, что придумает в этом характере то, что меня по-настоящему взволнует. Как, хотя вообще-то, и дирижера, тот, что вернул бы этой музыке ее первоначальное звучание. Изначально Кармен игралась в сильно маленьком, интимном пространстве парижской Opera Comique, и там не нужны были ни немалый оркестр, ни стенобитный звук. Там не было более того речитативов, зато были очень перченые разговорные диалоги. Такая мысль мне крайне симпатична, и, конечно, я не говорю нет, напротив, я говорю: зачем бы нет? (Смеется.)

известия: Хорошо, а чему уже сказано окончательное Да?

Бартоли: В следующем сезоне я впервой пою образ Клеопатры в Юлии Цезаре Генделя.

известия: Что заставило вас распроститься с брючными партиями, написанными Генделем для кастратов, которые вы все время распевали и записывали до того, и примерить наряд одной из суперженщин всех времен и народов?

Бартоли: Знаете, у меня достаточно женственные формы, а я хочу, чтобы публика верила в то, что видит на сцене (смеется). Я больше достоверна в женских ролях, чем в мужских. Однако моему голосу в самом деле весьма подходят партии, которые Гендель писал для кастратов.

известия: Вы до сих пор занимаетесь со своей мамой? Есть что-то самое главное, чему она вас научила?

Бартоли: Слушать свой свой звук, свой инструмент. Это необычно – ты словно бы как поешь и не слушаешь себя. Она же научила меня внимать и слушать своего голоса, тот, что весьма нередко сам говорит, что тебе работать и чего не совершать. Это шибко нетрудно изречь, но достаточно сложно реализовать.

известия: Вы начинали свою карьеру с гениальными дирижерами прошлой эпохи – Шолти, Караяном. А в текущее время как собак нерезаных работаете с молодыми маэстро. В чем, по-вашему, отличалка?

Бартоли: Я, конечно, пела с Караяном, но, к сожалению, крайне немного и уже в тот миг, когда он был весьма болен, вследствие этого я не окончательно тот дядя, тот, что имеет право припоминать его. Но я думаю, что главным для таких маэстро, как Караян и Шолти, была индивидуальная окраска звучания их оркестров. Чтобы звук этого оркестра запрещено было спутать ни с каким другим.

известия: Оперу все в текущее время переодевают в современность. Вам приходилось напевать в подобного рода спектаклях и как вы к ним относитесь?

Бартоли: В принципе я не супротив. Но у каждой постановки должен быть свой message. Часто они бывают диковинно пустыми и скучными, а в скучных – я метко не хочу участвовать.

известия: Многие звукозаписывающие компании, кажется, пытаются заиметь свою собственную Чечилию Бартоли. Молодым певицам записывают похожие программы и более того повторяют дизайн обложек. Как вы реагируете на ход вашего клонирования?

Бартоли: Если это в самом деле так, это шибко нерадостно. Нечто похожее происходит в поп-индустрии. А для классического артиста это ещё большая скорбь. По-моему, студия не должна кроить музыканта по чужим успешным калькам, а должна растить его собственную индивидуальность. Сейчас, что зверски, они подбирают нового музыканта и три-четыре года выжимают из него все соки, а опосля он легко исчезает. Это крайне уныло. Молодым нужно не только дать микрофон, им нужны советы, их нужно растить, растить конечно.

известия: Вы до срока научились изрекать Нет?

Бартоли: Это одна из самых важных вещей, которые нужно мочь певцу. Начинающие карьеру боятся, что если они скажут Нет, то их уже больше никуда не позовут, никуда не пригласят – это неправда. Нужно оберегать свой инструмент. Это как с телом – ты метко знаешь, что если будешь есть чрезмерно жирное или чрезмерно сладкое, то станешь толстым.

известия: Вы на практике не участвуете в так называемых crossover проектах…

Бартоли: Вы не правы. Я вообще ни в жизнь не пою crossover (жанр, совмещающий классику и поп-музыку. – Известия).

известия: Почему?

Бартоли: Жизнь уж очень коротка, чтобы расходовать ее на подобные вещи (смеется). Я не считаю себя подходящей кандидатурой для crossover, да и вообще не верю в полезность подобной мешанины.

известия: Каковы ваши впечатления от прошлого визита в Россию?

Бартоли: Это было так здорово, но так лаконично – у меня прекрасные воспоминания, но их уж очень немного, так как в предшествующий раз я вырвалась в Москву и Санкт-Петербург из гастрольного тура по Европе и тогда порой с трудом понимала с утра, в каком городе нахожусь. Так что в настоящее время я нарочно попросила все учинить так, чтобы было время на впечатления, а то я более того не успела тут толком ничего слопать (смеется)…

от maksim5o

Добавить комментарий