Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru
Нет фото
Нет фото
Нет фото

Биография Валерио Боргезе

Карьера: Военно-Морской Флот

Дата рождения: –

Место рождения: Великобритания

Благодаря знатному происхождению перед молодым князем Валерио Боргезе были открыты все дороги. Он выбрал море, став курсантом Королевского военно-морского училища. В 1933 году Валерио Боргезе отправился в свой первый дальний поход к берегам Северной Америки на учебном парусном судне “Колумб”. По окончании учебы Боргезе ожидала блестящая карьера офицера-подводника.

Летом 1943г. итальянцы терпели разгромление на всех фронтах. На фоне ряда неудач в особенности ощутимой для Италии стала утрата господства на Средиземном море. Надводный флот, оставив Таранто, ушел на северные базы и потерял надзор над обширнейшей акваторией. Абсолютное численное превосходство противника сковывало действия больших кораблей, уделом которых стали операции оборонительного характера. В это тяжелое время князя Валерио Боргезе назначили командиром 10-й флотилии МАС*, на которую руководство итальянских ВМС возлагало особые надежды. За три последних года штурмовые средства этого соединения – противолодочные торпедые и взрывающиеся катера, человекоуправляемые торпеды, миниатюрные подлодки – доставили много неприятностей англичанам. На боевом счету 10-й флотилии числилось два линкора, два крейсера, единственный эскадренный миноносец и море торговых судов. Боргезе не изменил традициям: ни при каких обстоятельствах ещё флотилия не совершала таких частых боевых походов, как в отрезок времени с мая по сентябрь 1943 года. Только в результате одного нападения человекоуправляемых торпед на вражеские корабли, стоявшие на рейде у Гибралтара, были уничтожены три из них – “Пэт Харрисон”, “Махсуд” и “Камерата”.

Интересна предыстория этого нападения. В 1943г. противолодочная оборона Гибралтара была усилена до того, что применять подводную лодку в качестве носителя торпед, как это делали раньше, не представлялось возможным. Пуск торпед был произведен с курсировавшего в этих водах испанского торгового судна “Ольтерра”, с виду идеально безобидного.

Еще в начале войны судно “Ольтерра”, принадлежавшее богатому генуэзцу, затонуло в нейтральных испанских водах. Около полутора лет судовладелец не выражал ни малейшего интереса к полуразбитой посудине.

Однако позже таинственного разговора с князем Боргезе его касательство к своей имущества, брошенной было на произвол судьбы, в корне изменилось. Судовладелец начал переговоры с одной из испанских компаний о подъеме затонувшего судна. По словам хозяина, судно должно было перейти к какому-то испанскому обществу на взаимовыгодных условиях. При взгляде со стороны это казалось правдой – после этого того, как судно отремонтировали, на нем был поднят испанский флаг. Ни в день подводной атаки 8 мая 1943г., ни после этого нее англичане не могли предъявить никаких претензий к экипажу “Ольтерра”. Объяснялось все без затей. Команду судна укомплектовали бойцами 10-й флотилии, которых по одежде и нарочито развязным манерам было не отличить от матросов торгового флота. Если бы на судно нежданно пожаловали с досмотром, в грузовых трюмах не удалось бы приметить ничего подозрительного – только детали какиго-то оборудования, провоз которых был оформлен по всем правилам. Детали эти были ничем иным, как частями управляемых торпед, которые намедни атаки были собраны прямо на “Ольтерра”, в маленький мастерской. Ночью, под покровом темноты торпеды покинули “Ольтерра” сквозь сознательно вырезанное ниже ватерлинии отверстие в борту. А наутро, позже успешного завершения операции их пилоты заново превратились в матросов, лениво прогуливавшихся по палубе испанского торгового судна. Подлинную причину гибели кораблей в Гибралтаре англичане так и не установили…

Благодаря знатному происхождению перед молодым князем Валерио Боргезе были открыты все дороги. Он выбрал море, став курсантом Королевского военно-морского училища. В 1933 году Валерио Боргезе отправился в свой основополагающий далекий поход к берегам Северной Америки на учебном парусном судне “Колумб”. По окончании учебы Боргезе ожидала блестящая карьера офицера-подводника.

В 1937 году субмарина “Ириде” под командованием князя Боргезе вошла в итальянский легион, тот, что, помогая Франко, действовал супротив республиканского флота Испании. По возвращении на родину участники войны в Испании были приглашены на праздничный завтрак, устроенный в их честь морским министерством. Здесь князю Боргезе представилась вероятность лично познакомиться с дуче – Муссолини – и блеснуть своим знанием методов ведения подводной войны. В скором времени князь получил под родное командованием новую подводную лодку “Аметиста”.

Командир “Аметисты” был не только знатоком подводного оружия, но и дипломированным водолазом. Поэтому когда перед командованием флота встал вопросительный мотив, какую же из подводных лодок соорудить первой плавучей базой управляемых торпед, отбор пал аккурат на “Аметисту”. Учения с использованием нового оружия начались в январе 1940 года. После того как три торпеды были закреплены на палубе подводного корабля, “Аметиста” вышла в море, направляясь в залив Специи. Спуск торпед на воду прошел неприметно для “противника”. Пилоты провели свои суденышки сквозь восточные ворота порта и “атаковали” стоявший на рейде судно “Куарто”. Эта операция произвела огромное ощущение на Боргезе, тот, что тут же проникся исключительным уважением к новому торпедному оружию.

10 июня 1940 года Италия вступила в войну на стороне Германии, и итальянскому флоту пришлось попробовать на себе всю тягота английского превосходства на море. Начало боевых действий застало Боргезе на должности командира подводной лодки “Веттор Пизани”. Это был древний судно, доживавший свой столетний период. Каждое погружение таковой лодки могло сделаться последним: посредством бесчисленные щели вовнутрь корпуса поступала влага, отказывались вкалывать изношенные механизмы. Через пару месяцев, когда судно пришел в полную негодность, его решили преподнести школе подводного плавания в Пола, а командиру Валерио Боргезе предложили миновать вектор движения специальной подготовки у немцев на Балтийском море.

Подготовка эта носила сугубо утилитарный нрав. Из Мемеля (Клайпеды), где находилась учебное заведение немецких подводников, курсанты без малого безотложно же отправлялись в десятидневный поход по Атлантике. Здесь им предстояло принять участие в боевых действиях супротив крупных конвоев противника. Сперва Валерио Боргезе прикомандировали к плавучей базе подлодок, но потом он был включен в состав команды одного из боевых кораблей.

По возвращении в Италию Боргезе ожидал заполучить под близкое руководство океанскую субмарину, и все-таки фатум распорядилась по-другому. В морском генеральном штабе молодого офицера-подводника принял адмирал де Куртен, от которого Боргезе получил предписание придерживаться в Специю в качесте командира подводной лодки “Ширё”.

Субмарина “Ширё” оказалась кораблем самой современной постройки, переоборудованным для транспортировки управляемых торпед. Выглядела она немного необычно, напоминая то ли баржу, то ли лихтер. Однако вскоре Боргезе, к тому времени уже успевший заменить девять подводных кораблей, привык к “Ширё”. Командование имело на эту лодку особые виды – она должна была причинить потрясение по английской эскадре, находившейся в Гибралтаре. Другой лодке под названием “Годар” было поручено сделать нападение на военно-морскую базу англичан в Александрии. Обе операции планировалось провести на практике вместе с тем. Первой в боевой поход отправилась “Гондар” и, не успев причинить противнику никакого ущерба, оказалась потопленной им. Экипаж субмарины был взят в плен.

24 сентября 1940г., ещё не зная о печальном конце “Гондар”, князь Валерио Боргезе вывел свою лодку в Средиземном море. “Ширё” находилась всего в 50 милях от Гибралтара, когда Боргезе получил команда ворочаться в Ля Маддалена, так как намедни планируемого нападения британский флот вдруг покинул гибралтарскую базу. Неужели служба “Интеллидженс сервис”? Сам начальник “Ширё” считал уход английских кораблей простым совпадением.

За первой неудачной попыткой причинить англичанам потрясение новым оружием последовала вторая. В безлунную октябрьскую темное время суток “Ширё” снова взяла вектор движения на Гибралтар. Этим боевым походом была начата трехлетняя “махаловка в войне” – так единственный из участников событий окрестил действия итальянских штурмовых отрядов 10-й флотилии МАС в Гибралтарском проливе. Путь к месту назначения принес Боргезе обычные для военного времени острые ощущения: встречу с плавучей миной, которая была своевременно уничтожена пулеметной очередью, сильнейший шторм и атаку с воздуха у самого входа в пролив. 29 октября, избавившись от преследования английских эсминцев, лодчонка в конце концов пробралась в Гибралтар. Начать делать не возбраняется было только с наступлением ночи, и “Ширё” пришлось улечься на грунт.

Перед Боргезе стояла нелегкая проблема – остановить свой выбор оптимальное местоположение старта управляемых торпед. С одной стороны, это местоположение должно было находиться как позволительно ближе к берегу, с иной – на достаточном удалении от маршрута следования английских сторожевых кораблей. После долгих раздумий начальник “Ширё” решил углубиться в бухту Альхесирас и высадить пилотов торпед у самого устья реки Гуадарранке.

Ночью, в подводном положении лодчонка скрытно проникла в бухту, что само по себе являлось большим успехом. Немногие командиры субмарин отважились бы на аналогичный маневр – до сих пор он не удавался никому. Причиной было сильное течение, способное увлечь подводный судно в единственный из водоворотов, которыми изобиловала коварная бухта. Впрочем, угроза для “Ширё” представляли не только водовороты и несчетные мели. Неожиданно над самой лодкой прошел британский эсминец. Он был так рядом, что команда подводного корабля различила гул его винтов без помоши гидрофона. Англичанин направлялся из бухты в пролив и шел пересекающимся курсом. Удивительно, но факт: “Ширё”, которая продолжала движение, удалось остаться незамеченной. Недаром Боргезе приказал застопорить на практике все шумящие механизмы и обернуть строй металлических деталей ветошью.

Наконец лодчонка оказалась в нужной точке бухты. На этом, при всем при том, миссия Боргезе не завершилась. Штаб подводного флота возложил на командира “Ширё” личную ответственность за фарт операции в Альхесирасе. Основываясь на последних разведданых о наличии кораблей в базе, Боргезе распределил цели между участниками операции. Объектами нападения двух управляемых торпед должна была сделаться пара линкоров, третий потрясение планировалось причинить по авианосцу или крейсеру, если тот окажется больше удобной мишенью. Спустив все три торпеды на воду, субмарина легла на задний вектор движения…

Князь Валерио Боргезе, получивший сведения об исходе операции, был раздосадован. Вторая попытка, скрупулезно, до мелочей, продуманный проект действий и … заново невезуха. Одна из торпед взорвалась сверх меры вдали от английского корабля, повредив металлические сети, которые прикрывали вход в гавань. Экипажи двух других торпед и отнюдь не смогли штурмовать противника из-за серьезных технических неполадок.

Все-таки итальянский князь-подводник преподал англичанам, стопроцентно уверенным в неприступности бухты Альхесирас, недурной наука. Британская печать старалась утихомирить общественное соображение. С той же целью распространялись слухи, что злополучная торпеда была выпущена не из самой бухты, а из пролива. Тем не менее экипажи стоявших в гавани английских кораблей чувствовали себя, как на раскаленных углях. В каждом движении воды матросам мерещился след человекоуправляемой торпеды, и тогда в воду уходила очередная серия бесполезно потраченных глубинных бомб. Неудивительно, что патрон морского генерального штаба адмирал Каваньяри посчитал боевое поручение выполненным, а Боргезе и экипаж его субмарины премировали отдыхом в одном из лучших горных отелей Италии. Разумеется, роздых с ежедневными лыжными прогулками и вечеринками был не единственной наградой – командиру лодки, которая первой проникла в Гибралтар, была патетично вручена золотая медаль “За воинскую доблесть”.

В ноябре 1940г. князь Валерио Боргезе был принят самим дуче в знаменитом Палаццо Венеция. Аудиенция у Муссолини была непродолжительной – по всему было видно, что дуче чем-то расстроен. Причиной, очевидно, послужило только что полученное им известие о неудаче итальянских войск в Албании. Тем не менее, Муссолини отнесся к Боргезе с должным вниманием – с интересом выслушал отчет о недавней операции в Гибралтаре и не скрывал своего одобрения действиям командира “Ширё”.

Успехи Боргезе не остались незамеченными и в штабе флота. После гибели командира 10-й флотилии МАС, в которую было объединено немного штурмовых отрядов с различным вооружением, это местоположение занял князь Валерио Боргезе (лето 1941г.). Правда, числился он “временно испольняющим обязанности”, но относился к новой работе с полной ответственностью. Отдав руководство надводными силами в надежные руки Сальваторе Тодаро, бывшего командира субмарины “Каппеллини”, Боргезе целиком посвятил себя подводному отряду, так как считал, что в организации действий управляемых торпед ещё существует уймище нерешенных проблем. Не была обойдена вниманием нового командира и техническая край наступательных планов. Боргезе добился, чтобы на вооружение 10-й флотилии МАС поступили самые современные акустические мины и небольшие зажигательные бомбы, которые было бы благоприятно применять в акватории противника.

По возвращении на подводный судно Боргезе стал разрабатывать проект третьего похода в Гибралтар, рассчитывая на натуральный счастливый момент. 10 сентября 1941г. подводная лодчонка “Ширё” в очередной раз вышла из Специи и гладко посредством неделю прибыла в порт Кадиса, отшвартовавшись у танкера “Фульгор”. Здесь субмарина должна была принять на борт экипажи человекоуправляемых торпед. Часы ожидания не пропали даром: команда лодки успела перевести дух, принять освежающий душ, пополнить съестные припасы и угоститься превосходным коньяком.

Атака, предпринятая 25 сентября в бухте Альхесирас, дала неплохие результаты. Жертвами управляемых торпед стали три английских судна (танкеры “Денби Дейл”, “Фиона Шелл” и вооруженный теплоход) общим водоизмещением 30 000 тонн. У экипажа одной из торпед была реальная вероятность ликвидировать ещё одно судно противника, увеличив потопленный тоннаж, но торпедисты Каталано и Джаннони не стали этого действовать по соображениям морального характера. Джаннони уже успел присоединить заряд к винтам стоявшего на рейде большого парохода, когда Каталано различил выцветшее наименование на корме – “Полленцо”, Генуя. По всему видно, англичане захватили это судно и использовали его в качестве военного транспорта. Однако ни у одного из торпедистов не поднялась длань направить на дно корабль с итальянским именем и происхождением.

Подрывной заряд был снят с корпуса “Полленцо”, и вскоре ему нашлось другое употребление – корабль “Дюрхэм” водоизмещением 10 000 тонн.

После операции в Гибралтаре руководство осыпало экипаж “Ширё” и пилотов-торпедистов дождем воинских званий и наград. Разумеется, были отмечены и боевые заслуги Валерио Боргезе, тот, что получил ранг капитана 2 ранга. Операции итальянских подводников в Гибралтарском проливе вызвали неподдельный заинтересованность у самого короля, тот, что удостоил князя-подводника личной аудиенции. Долгая и обстоятельная болтовня с героем дня только разожгла королевское любопытство. Через немного дней Его Величество, облаченный в штатское, в сопровождении единственного телохранителя отправился в поместье Сан-Россоре, где находилась учебное заведение пилотов управляемых торпед. С небольшого плота он наблюдал за учебными занятиями и пришел в экстаз от возможностей нового оружия.

Итальянцы не были одиноки в своих попытках штурмовать Средиземноморский флот Британии. Английские корабли подвергались частым нападениям немецких субмарин, которые одерживали одну победу за иной. В ноябре 1941 года немецкая подводная лодчонка удачно атаковала авианосец “Арк Ройял”, а практически посредством немного дней меткий торпедный залп прочий германской субмарины отправил на дно линкор-флагман “Бархэм”, на борту которого находилось больше 800 мужчина. К концу ноября 1941г. на средиземноморском театре боевых действий наметился явственный перевес сил в пользу Италии. Против пяти итальянских линкоров, бороздивших воды Средиземного моря, британский флот мог выставить только два -“Вэлиент” и “Куин Элизабет”. Зная это, не возбраняется хотя бы отдаленно представить тот резонанс, тот, что получила успешная боевая операция итальянской лодки “Ширё”, сумевшей вывести из строя последние средиземноморские линкоры англичан.

29 декабря 1941г. “Ширё” с победой вернулась из Александрии в Специю. Из 27 дней похода двадцать два она провела в открытом море, преодолев пространство в три с половиной тысячи миль. Боргезе ликовал: ценой плена шести пилотов управляемых торпед потоплен танкер, а главное, основательно повреждены два 32 000-тонных английских линкора, опора английских сухопутных войск в Средиземноморье. Успех был тем больше значительным, что в Александрии ожидали возможных диверсий со стороны итальянцев – на подходах к александрийскому порту была выставлена сложная организация заграждений, с завидной регулярностью сбрасывались глубинные бомбы.

Англичан прямо преследовал недобрый рок. Вслед за “Вэлиент” и “Куин Элизабет” Британия лишилась ещё пары мошных кораблей – “Рипалс” и “Принц Уэльский”, уничтоженных японской морской авиацией в водах Индонезии. Эти катастрофические потери на долгое время ослабили флот “владычицы морей”,которая сумела оправиться от них и воссоздать былой приоритет только посредством немного месяцев, да и то с помощью Соединенных Штатов. Чтобы залатать брешь в военно-морских силах Англии, Уинстону Черчиллю пришлось перебросить к североафриканскому берегу количество авианосцев и самолетов, которые в прошлом вели боевые действия у британского побережья.

За операцию в Александрии король пожаловал князю Валерио Боргезе одну из высших военных наград Италии – орден “Савойский крест”. Его Величество оценил счастливый момент подводной лодки “Ширё” и штурмового отряда, находившегося на ее борту, как “блестящий”. Через пару месяцев, соответственно предписанию военно-морского министерства, князь Валерио Боргезе оставил руководство лодкой “Ширё”, возглавив подводный отряд 10-й флотилии МАС.

Весной 1942г. итальянцы начали подготовку к решающему штурму острова Мальта – ключевой позиции, от которой, по мнению многих, зависел исход борьбы в Средиземном море. Момент для штурма был выбран удачно, так как продолжительная осада совсем подорвала силы английского гарнизона. Штаб итальянских ВМС возложил операцию по захвату Мальты на специальное десантное соединение, которым командовал адмирал Тур. В подмога десантному отряду кораблей был выделен дивизион торпедных катеров 10-й флотилии, размещенный в Аугусте, и немного боевых пловцов группы “Гамма”, которая подчинялась Боргезе. Предваряя высадку десанта на мальтийское побережье, 10-й флотилия провела тщательную разведку системы обороны острова – имеются ли там пулеметные гнезда, артиллерийские батареи, заграждения из колючей проволки. Отряды 10-й флотилии продолжали активно помогать войска Тура до конца боев за Мальту. Вопреки ожиданиям, значительных побед одержано не было.

В марте 1942г. немецкое руководство, натолкнувшись на мощное сопротивление противника в Крыму, было вынуждено прибегнуть к помощи союзников, чтобы силами итальянских ВМС замкнуть колечко блокады кругом Севастополя с моря. По просьбе фюрера в черноморские воды вышла флотилия итальянских катеров и немного субмарин-“малюток” типа “СВ”. Итальянские корабли вписали свою лепту в штурм осажденного города, заняв позиции на подступах к Севастополю и на главных морских коммуникациях.

19 мая экспедиционная автоколонна 10-й флотилии, разместившаяся на железнодорожных платформах, прибыла из Специи в Симферополь. Дальше колонна двинулась своим ходом по направлению к Форосу и посредством трое суток достигла места назначения. Прежде всего нужно было разгрузить автотягачи и выпустить катера на воду. Для этого от места стоянки колонны – ореховой рощи – был проложен рельсовый дорога к берегу моря. 31 мая группа итальянских войск находилась в полной боевой готовности и была проинспектирована командующим объединенными вооруженными силами в Крыму генералом фон Манштейном. Спустя немного дней катера 10-й флотилии начали к патрулированию отведенного им района действий.

Бойцы 10-й флотилии зачастую появлялись в самых “горячих” точках морских битв. В середине июня в Севастополь должен был прийти невеликий конвой. На борту единственного транспорта водоизмещением 13 000т, эскорт которого состоял из двух сторожевиков и эсминца, находились боеприпасы. Севастопольцы их так и не получили. Вдругой тому была успешная штурмовая вылазка конвоя одним из катееров 10-й флотилии, предпринятая 13 июня 1942г. Точный торпедный залп причинил транспорту серьезные повреждения. Судно выбросилось на берег, став мишенью для немецкой авиации, которая не замедлила разделаться с ним.

29 июня итальянские моряки помогли немцам в высадке демонстративного десанта у Балаклавы. Оттянув на себя количество советских войск, он ослабил ключевой предел обороны. Этот тактический ход на все сто себя оправдал – 1 июля в Балаклаву вошла румынская вс.

9 июля, когда Севастополь уже был занят немцами, разгорелся махач за форт Горки у мыса Феолент. Его защитники надежно укрылись в скалах. Каждая попытка немцев штурмовать Горки пресекалась массированным пулеметным огнем. Единственным уязвимым местом форта являлись его галереи – они выходили прямо на морской берег. Нескольким бойцам 10-й флотилии удалось пробраться в галереи с моря, инсценировав высадку многочисленного десанта. Фактор неожиданности сыграл свою образ. Совместными усилиями итальянского и немецкого подразделений оборона несгибаемого форта была прорвана.

Как вдохновителю многих диверсионных операций итальянского флота, Боргезе предстояло уставить полезные контакты с зарубежными коллегами. Летом 1942г. Боргезе отправился в длительную заграничную поездку, путешествуя по столицам европейских государств в самый-самый разгар войны.

Прежде всего начальник подводного отряда побывал в Берлине и Париже, где ему предстояло наладить тесное сотрудничество с немцами. Без этого не могли сделаться реальностью грандиозные планы Боргезе сравнительно применения штурмовых средств на просторах Атлантики и в южноафриканских водах. В германской столице князь заключил строй соглашений, одно из которых предусматривало обучение немецких офицеров в школе подготовки личного состава 10-й флотилии МАС.

По прибытии в Париж Боргезе явился в штаб немецкого подводного флота. Штаб во главе с адмиралом Деницем уютно разместился в Булонском лесу, в одном из старинных французких дворцов. Стиль работы адмирала Деница стал самым сильным впечатлением Боргезе от поездки в Париж. Правила, которые устанавливал Дениц, вечно распространялись и на него самого. (Князь был поражен, застав Деница завтракающим в компании своих подчиненных. Меню из-за ограничений военного времени было скромным и одинаковым для всех – мало овощного супа, ломтик сыра и черный хлеб.) Дениц также проникся доверием к Боргезе, тот, что казался скорее хладнокровным, чем увлекающимся, скорее сдержанным, чем откровенным, и уж во всяком случае человеком трезвым и расчетливым. Князь из союзной державы был немедля допущен у секретным архивам штаба для получения всей необходимой информации.

Из Парижа Боргезе выехал в Бордо. Здесь, на французской земле располагалась база итальянских подводных лодок, действовавших в Атлантике. Боргезе посетил эту удаленную базу неслучайно. В то время все мысли командира отряда 10-й флотилии были заняты разработкой тактики действий малых лодок у североамериканского побережья. Самостоятельно пересечь океан такие субмарины не могли, вследствие этого предстояло тоработать агрегат их доставки к берегам Америки на борту больших океанских подлодок. Этим и занялся Боргезе. В предписание гостя были предоставлены подводная лодчонка “Леонардо да Винчи” и сверхмалая субмарина типа “СА” водоизмещением всего 12 тонн.

Маневры двух лодок в водах Бордо являли собой совсем необычную картину. Сперва “Леонардо да Винчи” вывезла на себе “малютку” в открытое море, следом чего погрузилась на небольшую глубину. По команде лодочка “СА”, освободившись от специальных захватов, успешно всплыла. Оставалась самая ответственная количество операции – принять “малютку” на борт следом нескольких часов самостоятельного плавания. Боргезе сомневался в успехе этого маневра и, как оказалось, бесполезно. По его приказу “малютка” в аккурат вошла в специаьное гнездышко на палубе “Леонардо да Винчи”. Проект Боргезе оказался осуществимым.

Решив вопросы принципиального характера, итальянский князь-подводник совершил заключительный тур Сан-Себастьян – Мадрид – Лиссабон в расчете притянуть новых партнеров. Лиссабон, сытый, цветущий и танцующий, казалось, находился где-то за пределами Европы, в которой бушевала битва. В лиссабонском порту бок о бок стояли транспортные суда воюющих держав. Именно туда, переодевшись в синюю спецовку грузчика, направился Боргезе – разумеется, не из чистого любопытства. Возможно ли организация диверсий супротив судов противника? После тщательного осмотра порта Боргезе мог отозваться на тот самый вопросительный мотив утвердительно…

1 мая 1943г. князь Валерио Боргезе был назначен командиром 10-й флотилии МАС, которая к тому времени очень разрослась и представляла собой мощное боевое соединение. Отряды флотилии действовали в различных районах Средиземного моря – в Гибралтарском проливе, у берегов Сицилии и Сардинии, в турецких портах Мерсин и Александретта. Известие о заключении перемирия 8 сентября 1943г. было для Боргезе как гром посреди ясного неба. Оно застало князя за подготовкой очередной впечатляющей операции – атаки кораблей в нью-йорксом порту, которой так и не суждено было осуществиться. По условиям мирного договора 1947 года штурмовые средства итальянского флота подлежали уничтожению, а весь собственный состав – демобилизации.

* – Флотилия малых штурмовых средств.

от maksim5o

Добавить комментарий