Михаил Бутусов биография: Михаил Бутусов биография

Михаил Бутусов биография
Михаил Бутусов биография
Михаил Бутусов биография

Биография Михаил Павлович Бутусов

Карьера: Футболист

Дата рождения: 5 июня 1900, знак зодиака близнецы

Место рождения: Россия. Российская Федерация

Выступал в петроградских-ленинградских клубах “Унитас” (1917 – 1923), “Спартак” Выборгского района “А” (1924 – 1926), “Пищевики” (1927 – 1930), “Динамо” (1931 – 1936). Чемпион РСФСР 1924 и 1936 гг. За сборную СССР сыграл 2 матча, забил 3 гола. Также сыграл в 8 неофициальных матчах за сборную РСФСР/СССР, забил 6 голов. Главный тренер команды “Динамо” Ленинград (1936 – 1938). Главный тренер команды “Динамо” Тбилиси (1939 – 1940). Главный тренер команды “Динамо” Киев (1941, 1947). Главный тренер команды “Зенит” Ленинград (1946).

Нет и не было вообще в нашем футболе больше яркого мастера забивать голы. Рекордсменом наших внутренних чемпионатов назван заслуженный мастер спорта Александр Пономарев, бесспорно выдающийся нападающий. Но если чутко посчитать голы, забитые Михаилом Бутусовым в чемпионатах Ленинграда, в междугородных и международных встречах, то, уверен, рекорд Пономарева остался бы вдалеке сзади.

Ведь только в 1923 году, встречаясь с командами Финляндии, Швеции, Норвегии, Эстонии, Германии, Бутусов провел в ворота соперников больше пятидесяти (!) голов. Было исключением, чудом, если он уходил с поля не забив хотя бы одного мяча. Да полно — случалось ли такое?! Вероятно, статистики все-таки сумеют нарыть эдакий исключительный матч, может быть, более того и не единственный. Но сколь я ни читал отчетов о его игре, сколь ни смотрел матчей с его участием, сколь ни слушал рассказов очевидцев, всюду два слова: “Бутусов” и “гол” — стояли рядом.

Если чутко исследовать биографию этого выдающегося футболиста, мы обнаружим одно исключительное качество: из огромного числа голов, которые он забивал, многие оказывались решающими, приносившими команде победу.

Сила, мощь и пунктуальность бутусовских ударов стали легендой. В двадцатые и тридцатые годы все мальчишки страны (да и не только мальчишки) уверяли приятель друга в том, что Михаилу Павловичу… запрещено ударять правой ногой. Говорили, что у него на совести бытие одного вратаря, отправленного на тот свет “шютом” ленинградца.

Естественно, все это было фантазией восхищенных его мастерством любителей футбола, одной из легенд, все время возникавших кругом этого имени. Но легенды, как известно, не рождаются на пустом месте, они завсегда имеют какую-то первооснову. И вот как-то раз в беседе с Михаилом Павловичем я узнал происхождение этой.

— Появлением славы “футбольного убийцы”, — начал он тогда свой расклад смеясь, — я обязан раньше всего одесситам. А было занятие так. В мае 1925 года я в составе сборной страны выехал в Турцию. Во время матча супротив национальной команды при ничейном счете произошел эдакий происшествие. В единственный из острых моментов мячем завладел полузащитник Петр Филиппов, а я в тот самый миг находился метрах в двенадцати от ворот. Филиппов притянул на себя одного из турецких защитников и дал мне пас. Все думали, что я буду желать покинуть от опеки (рядом стоял “сторож”) или, в свою очередность, сделаю передачу. Но я решил провести свой коронный потрясение по воротам. Без предварительной обработки мяча я внезапно для всех развернулся и весьма весьма (сию минуту почувствовал, что прием получился) проломил по воротам. Турецкий вратарь не ожидал этого, мяч попал ему в брюхо, сшиб с ног, и в следующее момент он сообща с мячом оказался в сетке. На трибунах поднялся невообразимый гул, к пострадавшему устремился эскулап, но вскоре выяснилось, что все в порядке. Турецкий голкипер ещё занял родное местоположение, развлекуха продолжалась.

Дней сквозь десять прибыли в Одессу на товарищеский матч с командой Одесской губернии. У меня была травма, и игрывать я не собирался. Местные спортсмены стали показывать по этому поводу неудовольствие, обратились к руководству сборной с просьбой, чтобы меня всенепременно включили в состав. Чтобы отделаться от приставаний, кто-то из наших (кажется, это был Федор Селин) отвел одного из ходатаев в сторону и сказал ему заговорщицким тоном:

— Перестань канючить. Неприятности большие у Бутусова. Нельзя его становить.

— Какие такие неприятности?

— Вратаря турецкого убил. Еще неизвестно, чем все это кончится.

— Как убил?!

— Да так, не рассчитал потрясение, пальнул с близкой дистанции и… хана. Вроде бы в игре, нечаянно, а все-таки…

Гость свойский не стал внимать дальше, выскочил из номера гостиницы, а сквозь час “хохма” уже бежала по одесским домам и улицам…

В этой забавной истории, рассказанной Михаилом Павловичем, есть, бесспорно, близкое “рациональное зерно”. Конечно, он никого и ни при каких обстоятельствах не убивал, не было у него на ногах, как это утверждали, никаких ограничительных повязок, но его неудержимые удары на самом деле вызывали подлинный трепет у вратарей, заставляли нервничать, обнаруживать повышенную настороженность. Одна из турецких газет назвала Михаила Бутусова “великим бомбардиром”. Его имя с уважением и гордостью произносили во всех странах, где он выступал, — в Швеции, Норвегии, Австрии, Германии, Эстонии.

Двенадцать лет защищал он цвета национальной сборной СССР, был лидером ее атак и без малого бессменным капитаном. В тридцать четвертом году одному из первых посреди советских футболистов ему было присвоено звание заслуженного мастера спорта СССР.

Закончив выступать на зеленом поле, Михаил Павлович полно сил и энергии уделял пропаганде любимой игры. В одной из статей он писал: “Футбол не любит безвольных и малодушных. Не любит лентяев, не любит посредственностей. Только тот, кто всего себя без остатка отдает совершенствованию в любимой игре, кто, выходя на поле, забывает обо всем, помимо того, что нужно делать, нужно сражаться, нужно побеждать, — только тот имеет право звать себя футболистом”.

Эти замечательные слова раньше всего относятся к самому Михаилу Павловичу. Для него футбол стал частью жизни, частью его самого. И он дал футболу многое, оставив в истории этой игры, в истории отечественного спорта неизгладимый след.

В 1958 году, когда сборная СССР дебютировала в чемпионате мира, Бутусов не выдержал — поехал туристом в Стокгольм. Прибыв в тот самый град, он, конечно, в свое время всего отправился на Королевский стадион. Молча прошел на гранитные трибуны, подошел к штакетнику, отделяющему бетонное колечко от зеленого поля. Долго смотрел на его бархатистый коврик, напомнивший ему о далекой молодости.

Михаил Бутусов

Вечерело, когда он вышел на освещенную, шумную улицу. Мимо него молниеносно неслась чужая и непонятная существование. Газетчики выкрикивали имена футболистов, которые должны были назавтра вступить в огромный физкультурный мордобой. Жильмар, Гарринча, Кеван, Буцек, Хамрин… Стало мало печально. Он подумал о дне, когда отцы сегодняшних мальчишек кидали в толпу его имя, и торопливо зашагал к гостинице.

Портье сказал, что уже второй час его ждет какой-то господин. Это был репортер известной на весь мир спортивной газеты. Подтянутый, элегантный, с виду лет сорока — не больше.

— Я писал о вас, господин Бутусов, гладко тридцать пять лет вспять. Теперь я хочу черкнуть о вас еще раз. — Сказал — щелкнул затвором фотоаппарата.

На следующий день Михаил Павлович увидел себя смотрящим с газетной полосы. Он попросил перевести ему важность напечатанных под портретом слов. Там говорилось: “Брат этого человека был капитаном первой русской команды, выступавшей в Стокгольме в 1912 году. Сам он был игроком и капитаном первой советской сборной, приехавшей в Стокгольм в 1923 году и удивившей тогда физкультурный мир. Это заслуженный мастер спорта Советского Союза Бутусов. В России эта фамилия высокочтима в футбольных кругах”.

Да, спортивная Россия истинно приподнято чтит и завсегда будет сохранять в своем сердце, в своей памяти имя первого капитана и первого бомбардира своей национальной сборной.

Author: maksim5o

Добавить комментарий