Владимир Библер биография: Владимир Библер биография

Нет фото
Нет фото
Нет фото

Биография Владимир Соломонович Библер

Карьера: Философ

Дата рождения: 4 июля 1918, знак зодиака рак

Место рождения: Москва, Россия. Российская Федерация

Характернейшей чертой философии В.С.Библера является метод «доведения до предела».

Родился 4 июля 1918 в Москве. Окончил Исторический факультет МГУ, аспирантуру Института философии АН СССР, участник Великой отечественной войны. В 1951 году защитил кандидатскую диссертацию. В связи с компанией борьбы с космополитизмом выслан в Сталинабад, где работал на кафедре философии Таджикского государственного университета. В 1959 возвратился в Москву. Работал на кафедре философии Московского горного института (1959–1963), в Институте истории естествознания и техники АН СССР (1963–1968), Институте всеобщей истории АН СССР (1968–1982), Институте педагогики и общей психологии АПН СССР (1982–1989), с 1992 – в Российском государственном гуманитарном университете.

С 1965 возглавлял неофициальный домашний теоретический семинар по проблемам философии культуры (семинар в 1991 получил наименование «Архе»). Участниками семинара были философы, культурологи, историки и психологи: А.В.Ахутин, Л.М.Баткин, И.Е.Берлянд, М.С.Глазман, Т.Б.Длугач, Р.Р.Кондратов, Я.А.Ляткер, Н.В.Малахова, Л.А.Маркова, С.С.Неретина, В.Л.Рабинович, Л.Б.Туманова и др. С начала 90-х годов разрабатывает концепцию образования «Школа диалога культур». Автор многих статей и первый редактор ежегодника «Архе» (выпуски 1–3, 1993, 1996, 1998).

Друзьями и коллегами В.С.Библера были Г.С.Батищев, В.В.Давыдов, Э.В.Ильенков, М.К.Мамардашвили, Ф.Т.Михайлов, М.Б.Туровский, Г.П.Щедровицкий и другие творчески и независимо мыслящие философы, психологи и историки.

Задача первоначального этапа возрождения философии в Советском Союзе заключалась в том, чтобы припомнить подлинного Маркса, погребенного и забытого господствовавшим официальным «марксизмом». Необходимо было постичь живую логику Капитала, а, значит, заново осмыслить то, на чем она основывается – систему гегелевской философии. Поэтому предмет «диалектической логики» оказалась в центре творческих философских дискуссий того времени. Обсуждению этой проблемы посвящена первая книжка Библера О системе категорий диалектической логики (Сталинабад, 1957). На протяжении всего творчества Маркс оставался для В.С.Библера основным диалогическим партнером и оппонентом. В книге Самостояние человека. Предметная дело в концепции Маркса и самодетерминация индивида (Кемерово, 1993) Библер писал: «Все мои основные идеи – идеи „философии логики культуры“ – генетически связаны с логическим „доведением до предела“ как раз марксова подхода, с органичной критикой Маркса…».

Характернейшей чертой философии В.С.Библера является способ «доведения до предела». Он сам именовал его «философской логикой культуры» или «логикой начала логики», которая прямо выражается в логических парадоксах. Например, Зенон Элейский, доведя до предела логическое утверждение о бесконечной делимости пространства, доказательно утверждал, что Ахиллес не догонит черепаху. Но нереально и обратное утверждение о том, что есть неделимые кусочки пространства. Об этом говорит апория Стрела (апория – от греч. aporнa – безысходность; трудная или неразрешимая задача, возникающая при наличии аргумента супротив очевидного, общепринятого). Над решением загадки, которую загадал Зенон больше двух тысяч лет вспять, до сих пор бьются логики, предлагая все новые и новые варианты решений.

Подобного рода загадки (или «энигмы» в терминологии Библера) лежат в «начале» любого логического рассуждения. Они побуждают дума вкалывать, ориентируют ее в определенном направлении, но не предрешают полученных результатов. Фундаментальная загадочность бытия как парадоксальное начало содержит в себе возможности для на практике необозримого многообразия логических решений.

По Библеру, каждая культура имеет свой своеобразный тип загадочности (энигматичности) и свой специфический методика разгадывания (свой тип разума). Например, античная культура загадывает себя в форме упомянутых выше апорий – типа апорий Зенона или апорийных определений бытия и ничто, бытия и движения, единого и многого платоновского диалога Парменид. Разгадать загадочность бытия означает для греческой мысли в буквальном смысле обусловить, заключить хаос становящегося мира в пределы формы прекрасного эйдоса.

Загадочность средневекового разума по Библеру представлена в форме антитез божественного «ничто» и тварного «всего», связанных идеей порождения и причастности. Нечто существует по своей причастности абсолютному субъекту, тот, что в сравнении со «всем» тварным предстает как творящее, но не сотворенное «ничто». Бог – это такое ничто, которое порождает все. Связь нечто и ничто загадочна. Причем эта загадочность лежит в основе осмысления бытия всякий вещи. В основе бытия человека эта загадка узнается как вопросительный мотив о предопределении человеческой судьбы. Если Бог всеблаг и всемогущ, то мужчина не может сам предуготовлять свои поступки. И, стало быть, его не за что ни награждать, ни наказывать позже смерти – потому что все предопределено волей Бога. Но тогда бессмысленной становится центральная этическая проблема христианства – избавление его души. Если же мужчина свободен грешить, то либо Господь не всеблаг, т.к. принуждает человека ко злу, либо (если всеблаг), то не всемогущ (т.е. желает человеку блага, но не может это благо по своей воле осуществить). Такой вывод так же неприемлем. В результате касательство тварного мира и Творца приобретает форму фундаментальной проблемы – начала широчайшего многообразия предложенных в эпоху средневековья вариантов философского и богословского осмысления.

В культуре Нового времени предельная загадочность представлена в форме антиномических определений мышления и бытия (по типу кантовских антиномий). Мир в то же время мыслится и как естественный агрегат, детерминированный физическими законами, и как предмет, сравнительно которого джентльмен реализует свою свободу. Как может быть совместить эти несовместные определения мира? Новоевропейский ум отождествляет постижение с научным познанием сущности вещи, с обнаружением за случайными проявлениями некоего внутреннего закона, тот, что определяет вероятность существования событий реального мира. Например, законов движения для физического мира или морального закона для мира человеческой свободы.

По Библеру свои способы загадочности бытия присущи так же и для культур Востока. Для современной европейской культуры, в которой мы живем, характерна установка на открытость в отношении как многообразия культур прошлого, так и иных культур настоящего. Но как может быть философски осмыслить их единство? Ведь любой из культурных типов осмысления действительности образует свой сравнительно замкнутый мир, со своей логикой его осмысления. В ответе на тот самый вопросительный мотив В.С.Библер отвергает как логику индукции (перехода от частного к общему), так и логику дедукции – выведения многообразных определений разума из некоторого предположенного целостного определения (частного из общего). Иными словами, неверно стремиться эклектически складывать нечто целое из частей, заимствуемых у разных культур. Эти части не могут механически стыковаться. Столь же неверно дедуктивно стремиться вывести характеристики иных культур из характеристик европейской культуры, рассмотренной как целое. При таком подходе культуры прошлого или иные культуры современного мира рассматриваются как «недоразвитые» варианты европейской культуры. Парадигмальным примером философии, оказавшейся способной дедуцировать все многообразия предшествовавших ей исторических типов, является логика Гегеля.

В противовес индукции и дедукции философская логика культуры Библера предлагает логику «трансдукции» не обобщения, а общения (диалога) разумов различных культур. Общим основанием всех культур, на котором они могут со-общаться дружбан с другом и не лишаться специфики, является специфически загаданное для каждой культуры «бесконечно возможностное бытие». Именно вследствие этого философская логика конца ХХ, начала XXI века по Библеру предстает логикой парадокса, возможности особого общения различных культурных типов логики, различных культур, разумов и регулятивных идей личности без их «обобщения». Единственные и неповторимые актуализации фундаментальной загадочности бытия (будь то философские, художественные, религиозные или иные произведения культуры) возникают по Библеру в «ответно-вопросительном событии» с другими, до того же уникальными и неповторимыми актуализациями. Их связью оказывается диалог, оформляющий бесконечно возможностное существование как если бы оно было произведением культуры. В качестве такового позволительно анализировать как отдельные произведения (к примеру, философские), так и предельные идеи культур (раньше всего античный, средневековый и новоевропейский разумы).

Библеровская мысль философской логики культуры является творческим переосмыслением идей поэтики культуры М.М.Бахтина. Принципиальное различие в том, что поэтика в концепции Бахтина предстает как эстетическая когорта, определяющая целостность произведений культуры. С бахтинской точки зрения, любая логика имеет приватный, абстрактный нрав. В философии В.С.Библера поэтика осмысляется как философская логика, которая как целостная форма (произведение культуры) находится в диалогическом отношении к не менее целостному произведению культуры в формах художественного творчества (в частности, поэзии). Таким образом, между ними нет отношения «части» и «целого», как в концепции Бахтина.

Диалог «поэзии» и «философии», в котором любой звук по-своему обращается к началам бытия, определял драму мышления и жизни В.С.Библера. Ученый был, кроме прочего, ещё и поэтом. При жизни вышла только небольшая подборка его стихов – Из стихов (что вспомнилось), М., 1994.

Мышление человека в современной культуре захвачено специфической загадочностью, которая предопределяет (при всем различии подходов) наиболее характерные черты современной философии как эдакий. Отметив, что их (черт) может быть жутко хоть отбавляй, В.С.Библер делает акцент на трех основных. Во-первых, в современной философии так или по иному осмысливается кризис научного разума, идеи познания предмета сквозь его суть, идеи «наукоучения». Возникает разум того, что соображать и познавать суть вещей – не одно и то же. Массовым ответом на тот самый кризис является распространение иррационализма и мистицизма, которые так или по-другому предполагают отказ от разума вообще. Ответом современного философа, потому что он сохраняет себя как раз как философа и, стало быть, не без затей переживает кризисную ситуацию (свою захваченность фундаментальной загадочностью бытия), должна сделаться попытка переопределения начал собственного разумения (открытия в себе иного разума).

Во-вторых, как следствие первого, в современной философии происходит воззвание к иному разуму как позиции, с которой происходит осмысление разума научного, т.е. разумного схватывания его конечной, исторически ограниченной природы. Тем самым, не без затей обнаруживается (в частности, как досадное обстоятельство), но утверждается в качестве фундаментального предположения нередуцируемая множественность разумов, типов разумения. Предшествующие культуры начинают восприниматься не как «недоразвившиеся» формы современности, а как равноправные, а порой и превосходящие ее самобытные культурные миры.

В третьих, внелогическое существование (то, что у Декарта фигурировало в идее протяженности, в у Канта – в идее вещи в себе) обнаруживается внутри самой логики, самого мышления. Вопрос не только в том, как мышление относится к чему-то за пределами его, а в том, что эта наружность «засекается» так или по иному внутри самой мысли. В библеровсккой философии идея постоянно рассматривается на грани с бытием, в парадоксе начала. В других философских системах обсуждается подневольность мысли от общественно-экономических формаций или классовой борьбы (тезис партийности философии в марксизме), языка, тела (бессознательного) и т.д. Мысль тем самым теряет прозрачность, обнаруживая в себе (а не только за пределами себя) плотность (плоть) иного.

Творческое общение (диалог) современных типов философствования (при всем их различии) по В.С.Библеру оказывается возможным в ситуации, когда они обращены к общему началу – выраженной в парадоксах мышления фундаментальной загадочности бытия.

Философия В.С.Библера – это парадигмальный образец современного «высокого рационализма». Библер относится к поколению советских философов конца 50-х – начала 60-х годов, в творчестве и независимой гражданской позиции которых затем сталинских репрессий был возрожден дух подлинного философствования. Дух радикального сомнения, готовности, несмотря на политическую несвободу, интеллектуальную моду или давление финансовых обстоятельств, сберегать независимость мысли, становить радикальные философские вопросы и одаривать ответы, не заботясь о популярности ни у политическая элита придержащих, ни у «читательских масс».

Умер Библер 3 июня 2000 в Москве.

Сочинения (помимо упомянутых в статье):

Анализ развивающегося понятия (в соавт.) М., 1967; Мышление как творчество. М., 1975; Культура. Диалог культур (навык определения). – Вопросы философии, 1989, № 6; Михаил Михайлович Бахтин или поэтика культуры. М. 1991; От наукоучения – к логике культуры. Два философских введения в двадцать основополагающий столетний период. М., 1991; Национальная русская мысль ? – Русская речь. – Октябрь, 1993, № 2; Что есть философия ? (очередное возвращение к исходному вопросу) – Вопросы философии. 1995, № 1; На гранях логики культуры: Книга избранных очерков. М., 1997; Замыслы. М., 2002.

Author: maksim5o

Добавить комментарий