Виктор Банников биография: Виктор Банников биография

Виктор Банников биография
Виктор Банников биография
Виктор Банников биография

Биография Виктор Максимович Банников

Карьера: Футболист

Дата рождения: 28 апреля 1938, знак зодиака телец

Место рождения: Россия. Российская Федерация

Воспитанник житомирской заводской команды. Выступал за команды “Авангард” Житомир (1959), “Шахтер” Коростень (1960), “Десна” Чернигов (1960 – 1961), “Динамо” Киев (1961 – 1969), “Днепр” Днепропетровск (1970), “Торпедо” Москва (1970 – 1973). Чемпион СССР 1966, 1967, 1968 гг. Обладатель Кубка СССР 1964, 1966, 1972 гг. Лучший вратарь СССР (приз журнала “Огонек”) 1964, 1970 гг. За сборную СССР сыграл 14 матчей.

Наш футбол неизменно славился вратарями. Окиньте взглядом их ряды – Соколов, Идзковский, Трусевич, Жмельков, Акимов, Хомич, Леонтьев, Иванов, Набутов, Макаров, Яшин, Котрикадзе, Кавазашвили, Рудаков, Пшеничников.. Да неужели всех назовешь! Среди наших блистательных вратарей, как мне кажется, особое местоположение занимает Виктор Банников. Почему особое? Потому, во-первых, что немногим из них удавалось сделаться дважды лауреатом приза журнала “Огонек”. А главное потому как, что стезя в футболе Виктора Банникова идеально нетипичен. Долгие годы он вообще не признавал футбол, а если изречь точнее – просто не любил его. С этого и начался свойский разговорчик.

– Вас, Виктор, называют нетипичным вратарем. Вы не возражаете супротив этого?

– Так меня впервой назвал единственный польский газетчик. Прочитав эти слова, я сначала удивился, но затем, подумал, что основания у него были. Обычно хорошими вратарями становятся те пацаны, которые с детства мечтают стать в ворота и уже к 16-17 годам имеют стаж. Мне ребячество не улыбнулось: я до срока потерял отца – он погиб на войне, продолжительно жил в эвакуации, вернулся с матерью в Житомир в сорок шестом, когда мне было восемь лет. Это были весьма трудные годы. Мальчишкой пошел трудиться на обувную фабрику. Так и жил: днём – служба, вечером – учебное заведение, а временами в свободное время приходил на спортплощадку. Больше всего нравились прыжки в высоту, но я смог заняться ими достаточно поздненько, лет в восемнадцать. Стал преодолевать высоту, превышающую мой увеличение на 16 см. – 195. Затем вдруг увлекся баскетболом, через год выполнил начальный разряд. И тут я “заболел” волейболом. Особенно мне нравилось игрывать в защите, доставать “мертвые” мячи. Подумал, что уже насовсем. Но, как видите, сызнова ошибся. Мне было двадцать лет, когда все заново изменилось.

– Как и зачем?

– Решил эпизод. Однажды на улице ко мне подошел неизвестный джентльмен и представился – Лев Мисиожник. Сказал, что не раз видел меня на разных соревнованиях и подумал, что я обладаю всем необходимым для того, чтобы сделаться вратарем. Сам он тренирует на общественных началах заводскую команду и, если я не имею ничего супротив, готов изведать меня в воротах. Я согласился. уж больно он любопытно говорил о футболе. И вот в двадцать, лет я в первый раз встал в ворота. К этому времени пацаны уже добиваются многого, становятся мастерами. Странно было давать начало так поздненько, в самом деле, нетипично, и друзья в открытую посмеивались нужно мной. Мне казалось, потому как я ни на что не рассчитываю то оттого и ничем не рискую. Но вышло куда сложнее. Представляете, мне по наивности казалось, что я все умею – скакать, валиться, обращаться с мячом, молниеносно реагировать на любые удары, истина, волейбольные. В воротах же почувствовал себя, как первоклассник. С трибуны кажется, что мяч летит так неспешно, что вратарь может поспеть за это время воспроизвести всю таблицу умножения. На самом деле мяч проносился мимо меня, как пушечное ядро, – жутко, со свистом. Я не успевал, как говорится, и глазом моргнуть, а он уже бился в сетке. Полнейшая беспомощность! Гордость моя была уязвлена. Неужели не справлюсь, разве я слабее других? Вот так началось. А затем, когда я почувствовал, как это здорово – “забрать мяч” понял, что без футбола не смогу существовать.

– Значит, вы уже не изменяли футболу, как скажем, легкой атлетике или баскетболу?

– Один только раз и на единственный момент. После первого матча, сыгранного за команду Льва Мисиожника. Я полетел в ноги нападающему и… очнулся в больнице. Мяч отбил, но потрясение пришелся в голову. Посмотрел на себя в зеркало: в бинтах, одни глаза видны. Подумал; так вот каков он – футбол! Но тут же устыдился собственной слабости. Выписался из больницы и побежал па стадион. И без малого немедленно меня пригласили в черниговскую “Десну”. Вот там-то и началась настоящая служба с тренером Иосифом Лившицем. Если проговорить в двух словах – я изнемогал. Однако, видимо, без такого труда ничего в спорте не достигнуть. Тем больше, если как я, припозднился на немного лет, и необходимо догонять. Еще посредством год я оказался в киевском Динамо – рядом с Олегом Макаровым, на которого взирал, как на бога.

– Но, помнятся, вы не безотлагательно заменили прославленного киевского вратаря?

– По-настоящему обосновался в киевских воротах только в шестьдесят четвертом. И в том же году в первый раз получил приз “Огонька”. Мне кажется, решающую образ в этом сыграл матч со Спартаком на Кубок… Да, Банников прав. В те два дня (матч переигрывался на следующий день) он практически поразил зрителей. Вратарь творил невозможное. То с места взмывал вверх, как птица, та пулей летел вперед то, как замедленной съемке, проплывал немного метров в воздухе и словно бы бы зависал на месте, перехватывая мяч. Он был то легок, то твёрд, как, скала. Все, чем наградила его натура, все, что выработал он в себе огромным трудом, все это он расходовал щедро в том матче. И тотчас об этом элегантном вратаре горячо заговорила печать. Он тут же стал вратарем сборной страны – чувак, о котором ещё вовсе недавно никто ничего не знал, тот, что более того и не мечтал о славе. А она грянула, как, веселая, громкая майская гроза.

– Отрезвление пришло скоро, – продолжал Банников. – В товарищеском матче супротив сборной Бразилии. Я был уверен в себе, не сомневался, что сыграю удачно. Но Пчуть смял и нашу защиту, и меня. Я понял, что необходимо ещё многому обучаться, многое постигнуть. Грустно, когда приходит разочарование. И хотя на грядущий год я выехал в составе сборной на чемпионат мира в Англию, прежняя веселье не возвратилась: меня не поставили ни на единственный матч. Да и в клубных делах я отстал: динамовцы стали чемпионами страны, а я остался без медали – не успел сыграть нужного количества матчей. Словом, это был без малого что ни на есть серьезный год в моей спортивной судьбе.

– Почему без малого? Было ещё труднее. Увы, в шестьдесят девятом, когда я, уместно сказать, также остался без медали – на тот самый раз серебряной. В начале сезона я несладко повредил руку, длительно лечился, а когда, в конце концов, поправился, так и остался до конца сезона в запасе…

Он любит свою семью – жену Людмилу и дочку Иришку, В семье он вечно черпал потребный заряд бодрости и спокойствия, без которых вратарь не вратарь. Но тут и семейство негусто, чем могла подсобить. Как одолеть ощущение ненужности? На людях он старался утаить родное. расположение, но дома видели, как. он мучается, как., как будто лунатик, бродит из угла в уголок, не находя покоя, не в состоянии удрать от тревожных мыслей. Ведь ему уже быстро тридцать, по неписаным футбольным законам это уже без малого финал вратарской биографии.

Банников придумывал себе массу дел – таких. какие требовали физической нагрузки. Ни на единственный день не позволял себе расслабиться, кроме обязательных тренировок, бегая кроссы, работал со штангой, часами плавал в бассейне. Он страстно мечтал возвратиться большущий футбол. И вот весной семидесятого года его пригласили московские торпедовцы, и он, истосковавшийся по мячу, с радостью принял приглашение.

– Вообще-то я однолюб. В киевском “Динамо” я стал вратарем, выступая за тот самый клуб, получил высшее образование, с этой командой я изведал самые большие радости, какие могут вывалиться на долю спортсмена. Я не думал, что “Торпедо” откроет для меня ещё что-то новое. Но случилось как раз так. Уж не знаю зачем, но свежий коллектив встретил меня как близкого человека. Говоря о командах, мы уж очень зачастую употребляем словечко “семья”, и оттого не так уж веришь ему, когда ещё раз и ещё раз встречаешь. Но в данном случае по иному не скажешь – да, как раз семейство. И практически с первого же дня вернулось ко мне то ощущение душевной легкости, о котором я уже стал забрасывать. К счастью или к несчастью, но вскоре представился эпизод обосновать на деле, как я благодарен автозаводцам за их касательство ко мне.

Это случилось в Баку. Он прав, говоря “к счастью или к несчастью”. К счастью – оттого, что нет, поди, большего удовлетворения., чем на добро отозваться добром. А он играл на грани нокаута и спас свои ворота во многих эпизодах. К несчастью же – в силу того что, что в одном этом матче он дважды перенес сотрясение, все видел в тумане, но защищал ворота “Торпедо до конца. Позже тренер Нефтчи Ахмед Алескеров рассказал – Я видел, что с Банниковым происходит что-то неладное, и удивлялся его стойкости и мужеству. – И очевидно, только, такие люди и становятся большими мастерами.

В Москве меня поразило и нечто другое. Помню, играем супротив “Динамо”. За воротами, как вечно, Алексей Хомич со своей камерой. Болеет он, конечно, за свою родную команду. Но вот кончился начальный тайм. Идем в раздевалку. Хомич рядом. И как черт из табакерки начинает изъясняться о моих ошибках, на ходу рассуждает, как следовало сыграть. Если выражаться примитивно, то действует супротив своих. Вдумайтесь в это? С той поры, когда я вижу Хомича за своими воротами, за спиной, играю вдвое старательнее.

– И в заключение: на чем держится вратарское искусство?

– Ну это большая задача. Могу только проговорить вкратце, что когда-то я считал обязательным условием внешнюю красоту игры. Позже понял: краса красотой, но главное все-таки – надежность. Только тот вратарь по-настоящему хорош, тот, что может принимать мяч без затей, и неприметно. Это тяжело, но в этом изюминка. Надо быть во что бы то ни стало смелым. Дрогнешь хоть в одном эпизоде, так и останешься трусом, а без смелости в воротах действовать нечего. Ты первостепеннный номер и последняя надежда команды. Значит, нечего считаться с собственной персоной. И ещё, если команда играет в определенном моральном ключе, то и ты обязан известия ту же партию: победу приносит сумма усилий, и все они должны быть созвучными.

Очень рад, что вернулся в здоровенный футбол, что сызнова играю за сборную страны, стал призером “Огонька”. На этом призе такие обязывающие слова – “мужество, ловкость, смелость, находчивость”… И вот в списке “33-х” оказался. Вот так, за самым неудачным годом пришел что ни на есть удачный. Но потому что тут не лотерея, истина? В общем, живу, играю, нужен…

Author: maksim5o

Добавить комментарий