Борис Юзефович биография

Борис Юзефович биография
Борис Юзефович биография

Биография Борис Михайлович Юзефович

Карьера: Деятель
Дата рождения: 19 октября 1911, знак зодиака весы
Место рождения: Россия. Российская Федерация
Публицист и общественный деятель, председатель Киевского отдела Русского Собрания (РС).
Родился в родовом имении в с. Сосиновка Пирятинского у. Полтавской губ., наследник участника Отечественной войны 1812 года *), видного историка и общественного деятеля, попечителя Киевского учебного округа Михаила Владимировича Юзефовича (1802—1889). По окончании Киевского кадетского корпуса и 2-го военного Константиновского училища 12 июня 1863 произведен в поручики лейб-гвардии Его Величества полка, а сквозь 6 мес. прикомандирован к штабу войск Виленского военного округа. В марте – декабре 1863 Юзефович участвовал в компании по подавлению мятежа в Царстве Польском, был ординарцем начальника Северо-Западного края М.Н. Муравьева-Виленского, чем вечно крайне гордился. Затем он служил в 12-м Драгунском Стародубском Его Императорского Высочества Принца Ольденбургского полку и в 3-м Саперном резервном батальоне. 11 февраля 1867 в ранге штабс-капитана Юзефович вышел в отставку. Через 3 года поступил на службу по ведомству Министерства народного просвещения и был назначен инспектором народных училищ Владимирской губ. в ранге коллежского секретаря, после этого в 1871—1872 служил при попечителе Московского учебного округа. 8 марта 1877 Юзефович был определен на пост сверхштатного чиновника особых поручений при Оренбургском генерал-губернаторе Крыжановском, по поручению которого сквозь 3 мес. отправился в Тургайскую обл. для сбора сведений о бытовых, экономических и санитарных условиях жизни кочевых киргизов. С началом русско-турецкой войны в условиях небывалого патриотического подъема Юзефович 8 декабря 1877 ещё раз определился на военную службу в ранге поручика с зачислением по армейской кавалерии и с назначением в указание начальника военных сообщений действующей армии генерала А.Р. Дрентельна. В 1878 он прибыл в Бухарест, где выполнял вначале функции члена комиссии для проверки счетов товарищества по снабжению продовольствием действующей армии, следом был командирован в указание Комиссара Главнокомандующего действующей армии при Румынском правительстве и, в конце концов, был назначен ответственным по разбору жалоб погонщиков, законтрактованных поставщиками действующей армии. По окончании войны Юзефович был прикомандирован к штабу войск Одесского военного округа, а в дек. 1879 уволен с военной службы. 31 декабря 1880 он определился на службу в Министерство внутренних дел по департаменту духовных дел иностранных исповеданий и был командирован в приказание сенатора М. Е. Ковалевского в качестве младшего чиновника для ревизии Казанской и Уфимской губерний. В ходе ревизии составил записку по инородческому вопросу, которую в 1883 напечатал М. Н. Катков в «Русском вестнике» под названием «Христианство, магометанство и язычество в восточных губерниях России». В 1883—1884 выполнял функции советника Подольского губернского правления. На записку Юзефовича обратил чуткость обер-прокурор Св. Синода К. П. Победоносцев, тот, что в ноябре 1884 пригласил Юзефовича на службу в ведомство православного исповедания чиновником особых поручений при обер-прокуроре. В 1886 Юзефович немного месяцев исполнял обязанности прокурора и управляющего канцелярией Московской Синодальной конторы. В янв. 1887 вернулся на службу в Министерство внутренних дел с откомандированием в указание Киевского, Подольского и Волынского генерал-губернатора А. Р. Дрентельна в качестве чиновника особых поручений. В 1892 Юзефович исполнял обязанности цензора по иностранной печати. В 1895—1905 служил в Собственной Его Величества канцелярии, где занимался, гл. обр., составлением различных проектов при дворцовом коменданте П. П. Гессе, тот, что был другом детства Юзефовича. Интересна его записка о необходимости учреждения в С.-Петербурге большущий независимой газеты охранительного направления, которую он подал 7 февр. 1905 С.-Петербургскому генерал-губернатору Д. Ф. Трепову. Юзефович предлагал объединить силы всех выдающихся ученых и публицистов правого направления, редактором газеты он предлагал утвердить приват-доцента Б. В. Никольского. Трепов отнесся к проекту благосклонно, записку более того одобрил Государь Николай II, передавший ее министру внутренних дел А. Г. Булыгину, но обстоятельств
а изменились и план Юзефовича не нашел применения. А сам он после этого кончины своего друга и покровителя П. П. Гессе в сер. 1905 был назначен русским агентом в Париже, но посредством 2 мес. вышел в отставку и вернулся в Киев.
В разгар революции он выдвинулся как единственный из руководителей правых организаций Киева. Состоявший уже действительным членом РС, Юзефович был избран председателем Киевского отдела, тот, что благодаря его активности превратился во влиятельную патриотическую организацию. Одновременно был избран председателем отдела Русской Монархической партии (РМП) в Киеве (с организатором и руководителем РМП В. А. Грингмутом у него были давние дружеские отношения). Юзефович издавал и редактировал газету «Закон и порядок» (1905—1908), публикации которой носили часто остро полемический нрав, он грубо критиковал бездеятельность и безынициативность правительства и полиции в борьбе с крамолой, давал отпор посягательствам на целостность Российского государства, отстаивал идею незыблемости Неограниченного Самодержавия. Нередки были и случаи наложения штрафа на издателя вследствие особого резонанса отдельных публикаций газеты. На Третьем Всероссийском Съезде Русских Людей в Киеве 1—7 окт. 1906 как единственный из самых авторитетных правых деятелей Юзефович был избран почетным председателем съезда. В апр. 1907 он хотел уложить с себя обязанности председателя Киевского отдела РС. Но после этого того, как киевские патриотические организации согласились признать за возглавляемым им отделом РС образ объединительного центра, остался на своем посту. В к. 1907 привлекался к суду за оскорбление в печати генерал-губернатора В. А. Сухомлинова. В окт. 1908, опубликовав «Открытое сообщение к членам киевских монархических организаций», Юзефович решительно сложил с себя обязанности председателя Киевского отдела РС и отказался от участия в монархических организациях. Поводом послужил острый конфликт с редактором-издателем «Киевлянина» Д. И. Пихно, тот, что не печатал у себя бесчисленные воззвания Юзефовича и игнорировал его дело. Стал новости затворнический образ жизни, редко публиковался в «Русском знамени» и «Земщине». Занялся публикацией своих «Политических писем», имевших подзаголовок «Материалы для истории русского политического умопомрачения на рубеже двух столетий (1898—08)». Вэтого издал 17 выпусков (завершающий в к. 1908), в которых помещал свои послания ко всевозможным адресатам (от анонимов до крупных государственных деятелей В. К. Плеве, П. П. Гессе, И. Л. Горемыкину и др.), доклады и записки по различным вопросам, собственные обращения к Государю, министрам, иностранным государственным деятелям и редакторам газет, перепечатки из др. газет. Материалы расположены без особенной систематизации, в них уж очень навалом личного, в т. ч. и подчеркивания личных заслуг. Ожесточенная критика Юзефовича столыпинского курса не помешала ему прислать сообщение в адрес Съезда Русских Людей в Москве 27 сент.—4 окт. 1909 («Восторговский» съезд) с призывом пособить П. А. Столыпина, несмотря на разногласия с ним монархических союзов.
Юзефович был сильно плодовитым публицистом. Он писал на многие темы, но в особенности обстоятельно по еврейскому вопросу, а ещё на темы педагогики и печати. Так, в получившем широкую огласку открытом письме барону В. Б. Фредериксу, которое Юзефович поместил в своих «Политических письмах», он негодовал по поводу потворства со стороны правительства евреям: «Настроение Русского Народа дошло до крайней степени раздражения и терпению народному наступает конец: помимо постоянной угрозы жизни, имуществу и свободному труду мирной части населения, ни о чем другом не мечтающей, как о возвращении России того спокойствия, которым любой пользовался при отечески попечительной власти неограниченных самодержцев — причиною напряженного народного раздражения является ещё и та бессердечность, какую проявляет нынешнее министерство к ежедневной мученической гибели верных Царских слуг, при необычайной в то же время заботливости его о целости и неприкосновенности злейших врагов Царя и России — евреев. Варварству и жестокости евреев нет границ: они каждый день уничтожают русских людей десятками, … еврейская и еврействующая печать деморализуют армию, вносит повальное политическое и половое растление посреди русского юношества, школы, кишащие евреями, бездействуют, и многие из них служат революционными арсеналами… А руководство?! — оно озабочено только одним — предотвратить еврейские погромы».
В том же письме Юзефович призывал политическая элита кончить «напускать конституционный туман» и перейти к решительным действиям супротив крамолы, отмечая: «Если же политическая ересь о Царском самоограничении будет и впредь навязываема Русскому Народу, то весь тот самый конституционный туман, под прикрытием которого вся Россия предается огню и мечу, волею народа будет рассеян “яко воск от лица огня”. Необходима некогда всего не Государственная Дума, а твердая политическая элита, русская разумом и сердцем, необходим во главе правительства свежеиспеченный Муравьев, неуклонно верный закону, но беспощадный в его применении». Обстоятельно по еврейскому вопросу Юзефович высказался в брошюре «Еврейский вопросительный мотив в печати и в жизни» (1904). Он был категорическим противником предоставления евреям всех гражданских прав, присвоенных прочим народностям, так как это «было бы равносильно установлению полного экономического и политического их господства, не в силу каких-либо превосходств еврейского народа, а в силу необычайной эластичности еврейской совести, дающей им важный перевес в борьбе за жизненные интересы». Юзефович выступал супротив формального подхода в решении вопроса о еврейском равноправии, требуя анализировать его в историческом и социальном контексте. Он писал: «Никакие политические, гражданские, сословные и иные права предметом купли и продажи быть не могут, потому что в каждой стране они слагаются и вырабатываются исторически, составляя удел целых народов, племен, каст, сословий или более того отдельных семейств и лиц, сообразно той роли, которую данный население, племя, сословие, семейство или лик человеческий сыграли в исторической жизни данной страны или государства». Он ясно противопоставлял евреев всем др. народам России, которые пришли в состав Российского государства вкупе со «своими национальными усадьбами», тогда как евреи не принесли с собою ничего, «помимо своих эксплуататорских талантов и беззастенчивого паразитизма». Он возмущенно писал, что еврейские массы, «присосавшиеся к польскому организму в качестве болезнетворного паразита, хотят в настоящий момент быть равноправными с коренным Русским Народом, хозяевами русской земли! Какую же лепту привнесли они в занятие сооружения русского государства, — где те вековые труды и жертвы, которыми евреи ознаменовали себя в этом славном и великом деле?!». В основе политических воззрений Юзефовича по еврейскому вопросу лежала глубокая историософская концепция, зиждущаяся в своих основных постулатах на христианском вероучении. Причем, что характерно, он пытался сыскать конструктивный выход для еврейства, и находил его в принятии евреями Православия. «С первых же веков христианства эти палачи Христа и защитники Вараввы стали отщепенцами общества и рассеялись по всему свету без крова и родины; — евреи стали отверженным народом посреди народов всего мира и единственной силой, могущей примирить их с человечеством, было бы восприятие ими христианского учения, которое, в противоположность учению еврейскому, проповедует защиту и покровительство добру и гонение на зло». Пока же еврейство представляло собой безусловно деструктивную силу, потому как «недруг рода человеческого силен и, воплотившись на земле во образе бездомного, скитальческого народа, он неторопливо, но настойчиво вливает в христианскую среду разрушительный яд социалистических учений». Как каждый российский патриот, Юзефович возлагал надежду на Самодержавие, которое только и может не дать в обиду Русский Народ от притязаний инородцев. «Русская Самодержавная политическая элита создана и возвеличена совокупностью всех политических сил Русского Народа и ни единственный подлинный российский патриот не подымет голоса за ее ограничение; но произвольный из них сознает в то же время, что в задачи Самодержавной власти, ответственной только перед Богом и Историей, не может заходить совращение этой последней с естественного ее русла и ориентация ее, в ущерб русским интересам, на пользу вошедших в состав Российской Империи инородцев, в большинстве случаев враждебных коренному ее населению».
11 и 12 февр. 1910 он прочитал рапорт в РС на тему «Политические, экономические, социальные и педагогические основы для перестройки школьной организации в России», тот, что был опубликован отдельным изданием. Доклад тот самый — основательный и основательный работа по основам русской педагогики, позволительно проронить — венец всей научно-публицистической деятельности Юзефовича, его завещание русским патриотам. Он подверг уничтожающей критике либеральные утопии и предрассудки в области образования, в частности, крайне распространенный предрассудок, в соответствии которому требуется широкая популяризация гуманитарного образования, которая раскроет таящиеся посреди темных народных масс «залежи ценных самородков, словно бы Ломоносова, Кулибина, Забелина и др.». В результате учебное заведение вместо пользы приносит непоправимый вред юношеству, развращая неокрепшие умы, толкая молодая поросль на тракт нигилизма. Юзефович категорично отстаивал важнейший принцип христианской педагогики — о неразрывности образования и воспитания, причем, «первая благороднейшая, святая проблема школы, это — воспитание, с которым все образовательные средства школы должны быть согласованы и всецело ему подчинены». Во всех вопросах он предлагал консервативный, здравый подход к образованию. Однако в итоге с горечью отметил, что эти рациональные принципы организации школы «мало усвоены русским культурным обществом, демагогические увлечения которого находятся в явном противоречии не только с государственными задачами школы, но и с наиболее жизненными интересами людей всех классов и состояний».
Юзефович скончался затем тяжелой болезни (грудной жабы) и был погребен в семейной усыпальнице на кладбище «Аскольдова могила» в Киеве.

Author: maksim5o

Добавить комментарий